— Вот как, — с наигранным сожалением протягивает Дима. — Что будешь делать? Как вернешь ее?
— Никак. Разводиться, — говорю резче, чем следовало бы.
— Давненько меня в городе не было! — изумленно восклицает он. — Ровно неделю назад я от тебя слышал нечто иное.
— Все меняется, брат, — хлопнув ладонью по его плечу, я разворачиваюсь в сторону выхода. — У меня есть дела поважнее.
— Какие, например? — удивляется Дима. — Какие дела могут быть важнее сохранения семьи?
— Будущее отцовство, — пожимаю плечами. — Ладно, сегодня полно дел.
Увидимся после обеда. Расскажешь о результатах командировки.
Я выхожу из конференц-зала, едва сдерживаясь, чтобы не вернуться и не врезать брату, который так отвратительно демонстрировал сострадание, по морде. Я почти уверен, что он замешан не только в разрушении моего брака, но и в разрыве крепкой связи с двумя крупными клиентами. Зачем ему это понадобилось — мне еще предстоит выяснить. Пока я вижу два варианта: он мстит прошлое и за нашу с отцом тесную привязанность друг к другу, иди же здесь стоит вопрос финансового характера — обобрать меня до нитки и переманить крупных клиентов в новую организованную им компанию.
Но любой из них означает конец братским узам. Я не умею прощать людям подобные ошибки.
Это предательство, а предательство означает потерю доверия.
Без доверия отношений нет.
Никаких.
Я поднимаюсь на два этажа выше и быстрым шагом направляюсь к своему кабинету, на ходу предупреждая Марину Павловну, чтобы никого ко мне не впускала. Он коротко кивает и возвращает внимание к экрану монитора.
Закрыв дверь на ключ, я устраиваюсь на своем рабочем кресле и открываю ноутбук. Загружаю установленное Павлом приложение и ввожу разовый пароль. Отлично.
— Теперь не отвертишься, братец, — бурчу себе под нос, надевая наушники и прибавляя громкость.
Дима не заставляет себя долго ждать. Войдя в кабинет, он достает из кармана мобильный и через пару секунд прикладывает его к уху.
— Привет, дорогая, — его голос звучит мягко. — Я вернулся.
Ждала меня?
Разумеется, я не могу разобрать, что именно отвечает брату собеседник, находящийся на том конце провода, но все равно прислушиваюсь. На экране Дима кажется очень довольным.
— Милая, я заеду к тебе ближе к вечеру, не против? — пауза. — Эльза, на что ты снова обижаешься?
Стиснув зубы, я ударяю кулаком по столу. Я почти не сомневался, что братец говорит с Эльзой, но подтверждение этого факта вызвало чересчур бурную реакцию. Приказываю себе успокоиться.
