Он мог бы попробовать протиснуться в ту щель, что образовалась, когда были отодвинуты при не толстых бревна, но сделать это моментально было невозможно. Тут и куст мешал, да и нужно поворачиваться ко мне боком, а я стоял в трех шагах, могу сразу же и рубануть. Поэтому Воисил стоял лицом ко мне и сжимал в руках меч.
— У тебя кто? Дочь, мужняя? Сын? — спрашивал я.
— Дочь. Сын, внуки. Всех их грозили убить, а еще дочку насильничать, — говорил Воисил.
— У многих дружинников семьи остались в Звенигороде, и предал только ты, — говорил я, как мне казалось, делая незаметные малые шаги в направлении Воисила и чуть ему за спину.
— Стой, где стоишь! — прошипел старый воин.
— А ты закричи! — усмехнулся я, поняв откуда это змеиное шипение.
Воисил опасается быть услышанным. И где Боромир? Неужели Спирка не сообщил старшему сотнику, что я просил? Боромир был мне нужен не для того, что я ищу в нем защиту, опасаясь Воисила. В сложившейся ситуации может возникнуть слишком много вопросов, если я убью старого воина без свидетелей.
Я бы, к примеру, задумался, почему так произошло, и не являюсь ли я все-таки предателем.
— Отпусти меня! Я отплачу. У меня есть золото, ромейские две литры златниц. Это много, очень много, — говорил Воисил, но я смог разглядеть его блуждающий взгляд.
Он украдкой смотрел вокруг, скорее всего высматривая свидетелей. Ратник решился убить меня, наверняка, а Богояру скажет, что ничего не знает о моей смерти. Да и что это я думаю так, будто Воисил непременно меня убьет?
— Тебя стращал насилием над детьми именно Богояр? — спросил я, так же пытаясь отвлечь старого воина.
— Да, твой отец жалует только себя и тебя, остальные люди для него не важны, — говорил Воисил, чуть опуская меч, но в глазах воина решимость, он пытается меня ввести в заблуждение.
Делаю резкий выпад и устремляю удар в предплечье старого воина. Воисил реагирует, но как-то вяло, не контратакуя, а беря мой удар на меч. Отступаю на два шага и начинаю с ходить с поднятым мечом рядом со своими противником.
Я выжидаю время, когда хоть кто покажется. Да, вокруг много разных звуков, в городе туман от угарного газа, дружинники слишком увлечены будут судом над коррупционером Вышатой. Но должен же Спирка сказать старшему сотнику!
— Боромир! Никифор! — кричу я и тут уже Воисил делает шаг и заносит свой меч для удара, но меняет направление клинка.
Хороший прием, и будто бы мне только что его показал тренер, в чуть замедленном движении.
