— Когда же я, наконец, смогу встретиться с ней в качестве дочери ее бойфренда?
Отец опустил взгляд и пошевелил пальцами в тапочках."
"Тогда я впервые заметила, что на нем новая пара. На самом деле весь его внешний вид был новым — все те же серые спортивные штаны и белая футболка, но они были выглажены и хорошо смотрелись на нем. Он также сбрил то, что осталось от его волос, чтобы создать более единый образ. Я не знала, почему мне было так душераздирающе радостно видеть его счастливым с другой женщиной.
Может, и не стоило. Но выглядел он неплохо, как Брюс Уиллис без бровей.
— Он заставляет твое сердце петь, Жожо?
— Что? — Я сделала вид, что смеюсь. И потерпела неудачу.
О боже.
— Мильтон заставляет твое сердце петь? Музыка — такая важная часть твоей жизни, и когда ты счастлива, я это вижу. У твоих шагов есть ритм. Когда ты говоришь, то непроизвольно качаешься. Ты влюблена в него? Потому что если это не так, то оно того не стоит.
Я смотрела в другую сторону, делая вид, что стираю невидимые ворсинки с декоративной подушки на диване.
— Я не могу влюбиться, папа. Я пыталась.
— Это чушь собачья.
— Это правда. Так мне мама сказала. Она сказала, что мое сердце — одинокий охотник, что ему никогда не найти, с кем биться в унисон. И она была права.
Я не сказала ему всей правды — что верю ей, что рьяно оберегаю свое сердце. Что я, наверное, могла бы переехать к Милтону, если бы захотела, но на самом деле никогда этого не хотела.
Мне не хотелось говорить папе, что эта простая фраза изменила мой мир больше, чем я была готова принять, и что в ужасе от того, что мое сердце потеряло свои когти, оружие и жажду крови в битве против Селиана.
Отец прищурил глаза, и я так сосредоточилась на смятении и благоговении в них, что даже не заметила, что он смеется. Не просто смеется, а хохочет, держась за живот и все такое.
— Нет, Жожо, нет. Она не имела в виду, что ТВОЕ сердце — одинокий охотник.
Она имела в виду книгу Карсон МакКалерс «Сердце — одинокий охотник». Это была ее любимая книга. Автору было двадцать три, когда она её написала. Твой возраст. — Папа многозначительно посмотрел на меня, и это тоже добавило смысла. — Мик Келли была любимой героиней твоей матери. Она была сорванцом, очень любившей музыку. Ты должна прочитать её. Она у нас где-то есть.
Папа со стоном поднялся на ноги и направился в свою комнату.
