Он собственнически положил руку мне на поясницу и рывком притянул к себе.
Потом погладил меня по щеке. Его губы скользнули от моих губ к моему уху, и он прошептал:
— Я приходил сюда каждый раз, когда мои родители ссорились. Каждый раз, когда Матиас обзывал меня маленьким стукачом, убившим его брак. Сюда я приходил, когда мы начали драться физически. И сюда же отправлялся, когда знал, что его сотрудники будут разъезжать по округе в поисках меня. Они никогда не заходили в Центральный парк. Это было мое место.
Мое сердце затрепетало в груди, и я увидела Селиана не только как человека, которого он хотел, чтобы люди видели, но и как человека, которым он был на самом деле.
Не полностью сломленного, но определенно достаточно треснутого, чтобы боль пролилась сквозь трещины.
Мы распаковали сумку под огромным деревом. Для нашего пикника Селиан организовал все удивительным образом. Мы расстелили одеяло, и он достал виноград, сыр, крекеры, вино и шоколад. Я сказала ему, что он не мог собрать все это сам, и он признался, что дал своей экономке травку в обмен на эти лакомства.
Я рассмеялась, и он швырнул мне в лицо виноградину. Это заставило меня рассмеяться еще сильнее.
Светило солнце, и я лежала на одеяле и смотрела в небо, жуя миндальный шоколад, который таял между моими пальцами. Селиан сидел рядом со мной, пристально глядя на меня, как будто ожидал, что я встану и убегу в любую секунду, как будто я могла раствориться в воздухе, как будто делить это место со мной что-то значило для него.
— Как складывались ваши отношения с Камиллой? — спросила я.
Я всегда хотела иметь сестру или брата. К сожалению, вскоре после моего рождения мама заболела. Она победила в первом раунде рака молочной железы. И во втором тоже. К третьему ее тело было слишком истощено, чтобы сопротивляться, но я знала, что мои родители всегда хотели больше детей.
Мужчина ухмыльнулся, глядя в голубое небо, как будто специально для нас облака рассеялись.
— Мы были командой. Может быть, из-за того, что мама была занята беготней по своим любовникам, а Матиас взял за правило совать свой член во все подряд с пульсом, мы рано поняли, что, чтобы выжить, нам нужно прикрывать спины друг друга.
Я кивнула.
— Ты, должно быть, очень скучаешь по ней.
— Потеря кого-то близкого определяет тебя. Полагаю, ты уже это знаешь. Сожалею о твоей маме, — сказал он, имея это в виду."
"Я была благодарна за то, что Селиан не выразил соболезнования о моем отце. Некоторые так и делали, когда слышали о раке.
