Так кто они такие, чтобы строго тебя судить? Не зря же говорят: «Не приведи Господи самому оказаться в такой ситуации». Кто гарантирует, что Филипп в один прекрасный день не поступит так же? В жизни многое может случиться. Ты в шестьдесят совершила поступок, похожий на тот, что совершила я сорокалетняя. И возможно, когда-нибудь Филипп поймет, что ты не «безнравственный человек», а просто человек, и он тоже.
Слова матери приносили Оливии огромное облегчение. Она была согласна с каждым словом, но не могла выразить свои мысли так же четко, как Мэрибел с высоты своего возраста.
– Спасибо, мама, – воскликнула она, наклонившись и поцеловав ее. – Я рада, что мы поговорили.
Оливия считала, что мать не придавала значения официальному статусу и являлась сторонницей свободных отношений, но оказалось, что она была обручена и вышла бы замуж, если бы не смерть возлюбленного. Она была привержена традиционным ценностям, но старалась примирить идеал и реалии, что не всегда легко сделать."
"– А я рада, что ты решилась это обсудить, – мягко ответила Мэрибел, снова трогая кольцо, подаренное Анселом.
Он был хорошим человеком, как и отец Оливии, с которым Мэрибел прожила очень недолго. С Анселом Моррисом Мэрибел была много-много лет, как ее дочь с Питером Уильямсом. Десять лет – это немалый срок. Она с улыбкой повторила то, что уже говорила: – Филиппу надо повзрослеть. Жизнь вынуждает, хотим мы или нет. И нам с тобой пришлось в свое время. Ему пора прекратить скулить по поводу твоих отлучек в годы его детства.
У него всё было. И если бы ты не построила такой бизнес, кто знает, где бы он сейчас работал. Всё в жизни получить невозможно. Иногда с ним была ты, а в остальное время – мы с Джо. Лиз и Джон это поняли. Филиппу тоже придется.
– Я бы хотела, чтобы и Касси это поняла, – задумчиво сказала Оливия. Ее отношения с младшей дочерью были сильно испорчены, что она считала большой потерей.
– Она поймет. Самая большая проблема в том, что вы слишком похожи. Она всё время что-то преодолевает, она молода.
И она замечательная женщина, как и ты.
– Я ее теперешнюю почти не знаю. Тебя она хотя бы навещает.
– Когда может, – улыбнулась Мэрибел.
Оливия поднялась. Она провела с матерью много времени и не хотела ее утомлять, хотя этого и непросто было добиться. Если бы не визит дочери, она, вероятно, играла бы в карты.
– Спасибо, мама, – сказала Оливия и тепло, от души обняла ее.
– Просто дай Филиппу перекипеть и повариться в собственном соку. Пусть сам разбирается.
