Тот вздрогнул, но все же подал ему свою. Луиджи Вампа с изумлением смотрел на эту сцену; он привык видеть пленников, дрожащих перед ним: и вот нашелся один, чье шутливое настроение духа ничуть не изменилось; что касается Франца, то он был в восторге: Альбер, даже будучи в руках разбойников, не уронил национальной чести.
– Дорогой Альбер, – сказал он, – если вы поторопитесь, то мы еще успеем закончить вечер у Торлониа; вы продолжите прерванный галоп и простите синьора Луиджи, который, право же, во всем этом деле вел себя как нельзя благороднее.
– Вы правы, – отвечал Альбер, – мы поспеем туда к двум часам. Синьор Луиджи, – продолжал он, – какие еще формальности я должен исполнить, прежде чем проститься с вашей милостью?
– Никаких, – отвечал разбойник, – вы свободны, как ветер.
– В таком случае желаю вам счастливой и веселой жизни; идемте, господа!
И Альбер, сопутствуемый Францем и графом, пересек большую квадратную комнату; все разбойники стояли с непокрытой головой.
– Пеппино! – сказал атаман.
– Подай мне факел.
– Что вы хотите сделать? – спросил граф.
– Хочу проводить вас, – отвечал атаман. – Это наименьшая почесть, какую я могу оказать вашей милости.
И, взяв зажженный факел из рук Пеппино, он пошел впереди своих гостей не как слуга, исполняющий обязанность, но как король, за которым следуют послы. Дойдя до выхода, он поклонился.
– Граф, – сказал он, – я еще раз приношу вам свои извинения; надеюсь, вы больше не сетуете на меня за то, что произошло.
– Нет, дорогой Вампа, – сказал граф, – вы умеете так любезно исправлять свои ошибки, что хочется поблагодарить вас за то, что вы их совершили.
– Господа, – продолжал разбойник, обращаясь к молодым людям, – может быть, мое приглашение покажется вам мало соблазнительным, но если вам когда-нибудь вздумается еще раз навестить меня, то, где бы я ни был, я буду рад вас видеть.
Франц и Альбер поклонились. Граф вышел первый. За ним Альбер; Франц медлил.
– Вашей милости угодно меня о чем-нибудь спросить? – сказал, улыбаясь, Вампа.
– Признаюсь, что да, – отвечал Франц. – Мне хотелось бы знать, какую книгу вы читали с таким вниманием, когда мы вошли?
– «Записки Цезаря», – сказал разбойник, – это моя любимая книга.
– Что же вы, Франц? – спросил Альбер.
– Иду, иду, – ответил Франц.
И он, в свою очередь, вылез из расщелины.
Они прошли несколько шагов.
– Простите, – сказал Альбер, возвращаясь обратно, – вы позволите?
И он закурил свою сигару от факела Луиджи.
