В его работе получить ранение – плевое дело, поэтому приходилось все делать самому.
Он вздохнул, еще раз прошелся вдоль стены, выбирая подходящее дерево, подошел поближе, поднял указательный палец вверх, концентрируя на кончике энергию сердца, и начертил им в воздухе нужный знак.
Тотчас же из кончиков пальцев будто бы ударили воздушные потоки. Сконцентрировав воздух в крепкие нити Пут Связывания, Аверин забросил прозрачную веревку на одну из крепких ветвей, намотал ее на руку и полез по стволу вверх, мысленно молясь, чтобы дворецкий не поджидал его с другой стороны.
С ветки дерева открывался неплохой вид на сад и дом. Аверин иногда завидовал жителям Крестовского, с их роскошными особняками и садами вокруг них. Этот особняк был построен в классическом стиле, популярном еще со времен Екатерины Великой. Интересно, здание действительно старинное или так хорошо замаскированный под старину «новодел»? В таких тонкостях Аверин не разбирался. С его точки зрения, многие постройки на Крестовском выглядели аляповато.
Место обрело необычную популярность, когда местная знать, да и просто богатые люди стали скупать особняки у перебравшихся в столицу могущественных родов, а после вся округа была застроена в соответствии с провинциальными представлениями о роскоши. Здесь здания в стиле барокко соседствовали с русским ампиром и вполне современными постройками. А в некоторых садах наличествовали бассейны, иногда замаскированные под пруды.
Сам же Аверин довольствовался небольшим двухэтажным когда-то купеческим домом на Петроградке, и его «сад» представлял собой маленький цветник с хризантемами, анютиными глазками, двумя войлочными вишнями и росшей возле окна развесистой черемухой.
Сидя весной на веранде, можно было наслаждаться запахом цветов и стараться не думать о том, что буквально в пятистах метрах проходит оживленный Каменноостровский проспект.
Но для того чтобы жить на Крестовском, нужно либо организовать крупное дело, либо пойти на службу в Министерство.
А на такие жертвы Аверин был совершенно не готов.
Он зачем-то представил брата, залезшего на березу, и хмыкнул. Немыслимое зрелище.
Аверин осмотрелся. Пруд у Перовых тоже наличествовал – виднелся сквозь густые, аккуратно подстриженные кусты. По нему кто-то плавал, может, утка, а может, чайка, видно было плохо. Во дворе никого не было: ни людей, ни животных, – по крайней мере, в поле зрения никто не попал.
