– Где прятаться, чем кормиться?
– Если война, современная война, – уточнял папа, – то кормиться никому и нигде не придется.
– Вот не скажите, – подавала голос раскрасневшаяся тетя Оля, – свои продукты экологомичные. – Поняв, что сморозила что-то не то, поясняла: – Экономичные и без нитратов.
– Да уразумейте вы, – горячился папа, – вашему сыну на даче отдых нужен, а не окучивание десяти соток картошки. Он прекрасный инженер. На воздухе, в благодати сельской восстановится и купит вам три вагона картошки.
– Не та это будет картоха, – мотал головой дядя Саша.
– Не та, – печально вторила тетя Оля.
Соседи уходили, папа с мамой мыли посуду, Дуня крутилась рядом. Она обожала слушать их разговоры. Когда с ней играли, дурачились, тоже прекрасно, но присутствовать при их общении – отдельное удовольствие.
– Как странно, – говорил папа, – что Оля и Саша, хоть и с деревенскими корнями, но жизнь прожившие в городе, он слесарь в депо, она швея на фабрике, выйдя на пенсию и поселившись здесь, быстро превратились в завзятых крестьян.
– Я тебе больше скажу, – отвечала мама, – строго между нами. Они детдомовские, какого рода-племени, не знают. И дом этот купили, а вовсе не от тетки достался. Кто-то пустил слух, может, сами и пустили. Легенда, хоть какое-то прошлое, семья, предки – корни. Мне Оля в слезах, в порыве откровенности рассказала после того, как мужа коромыслом гоняла за то, что к Любке-солдатке шастал. Дуня! – заметила ее мама. – Что ты здесь делаешь? Зачем ты это слушаешь? Немедленно спать! Сейчас же!
Хлестнула не больно по спине, а папа поймал ее у двери, обхватил лицо мокрыми в складочках на пальцах ладонями:
– Моя Дунечка! – поцеловал в макушку.
– Спокойной ночи!
Она долго не могла простить родителям своего идиотского имени. Дунька! Ха-ха-ха! Евдокия звучит лучше, но так ее станут звать в старости. Дядя, мамин брат, звал ее Евдоха. Очень мило!
Папа умер неожиданно в пятьдесят лет, говорится – скоропостижно. Утром говорил, что поедут на дачу, ему нужно только на работу заскочить.
На даче будут исключительно отдыхать, только соберут ягоды, наварят варенья, снимут и засолят огурцы, опрыскают от фитофторы помидоры. Нечего делать, к полуночи управятся. На работе у папы случился инфаркт. «Скорая» констатировала смерть. Во время похорон, на поминках мама была полусонная, заторможенная, не слышала обращенных к ней речей, глупо и непривычно, точно извиняясь и заискивая, улыбалась."
"После поминок они, дочь и мать, сидели на кухне.
