«Какого рода инженеру требуются такие знания?» – мысленно недоумевала она, но вслух не спросила, посчитав, что ее особое внимание к этому мужчине может быть неприятно остальным. Которые тоже страдали, но держались орлами.
Ехать решили на автомобиле Аллы Дмитриевны – маленьком, комфортабельном и удобном внедорожнике. Вести машину могла только Дуня.
Она честно призналась:
– У меня есть права. И автомобиль. Старенький, папин. Но это как учить в школе английский. Все учат, и никто не умеет на английском разговаривать.
Только хау-ду-ю-ду. Мое хау-ду-ю-ду – это два раза в год поездка на дачу. Кроме того, у меня посттравматический стресс. То есть у вас травмы, а у меня стресс. Не помню, на что нажимать, где право, а где лево.
– Не волнуйся, девочка, – Алла Дмитриевна обняла Дуню, не прижимаясь к ней ладонями, держа их вверх. – Я буду рядом с тобой.
Эти слова: «Я буду рядом с тобой!» – и для Дуни, и для Аллы Дмитриевны были почти волшебными. Так им дарили уверенность надежной защиты отцы.
«Я буду рядом с тобой», – говорил папа, когда учил Дуню, панически боявшуюся воды, плавать.
Потом, уже в секции, в бассейне она научилась плавать мастерски, будто в прошлой жизни была дельфином. «Я буду рядом с тобой», – обещал папа Алле, когда ее везли на каталке удалять аппендикс. Очнулась в палате, и папа был рядом, уверял, что и в операционной присутствовал, просто она его не узнала под белой маской.
– Перед поездкой хорошо бы нам принять обезболивающее, – сказал Галя. – Дороги здесь, что стиральная доска, намучаемся.
– У меня есть! – живо откликнулась Дуня. – Прекрасные таблетки от месячных.
И прикусила язык. Опять сглупила, что ж она такая нелепая! В самом деле: у нее очень болезненные менструации, три дня через каждые двадцать шесть лежала пластом, пока врач не выписала чудо-таблетки. У них ведь название есть!
– От месячных, – Харя на фоне общего смеха постарался сдержаться, – это для Гали. У него в последнее время цикл нерегулярный.
– Мужики! – Алла Дмитриевна промокнула рукавом набежавшие слезы.
– Какие вы замечательные! Ангел! Можно я вас, Кирилл Сергеевич, буду так величать?
– Легко!
– Замечательные! – повторила Алла Дмитриевна. – Стоило пережить этот кошмар, чтобы познакомиться. Ангел, тебе укор! Прятал таких молодцов. Дуня, беги за правами и таблетками. Александр Петрович, Ольга Егоровна, возьмете Мотика к себе? Кому война, а кому мать родна: пусть играет на планшете или смотрит мультики по телевизору сколько влезет.
