У меня так и не возникло понимания, что именно это такое, поэтому для себя я считала сию закорючку гуттаперчевой обезьяной в экстремально сложной асане.
Постучалась. Из-за двери раздался чей-то рёв. То ли слон трубит, то ли лев вопит. Хотя нет, львы в джунглях не живут. Короче, кто-то ревел.
– Что?! – внезапно распахнулась дверь, и выглянул Шим. – О! Жиржа! Ты вылезла из грязи! Зачем?
– Друг мой, эта двуногая самка сказала, что в твоих лесах много влаги и я смогу быть рядом. Я хочу быть с другом.
– Входи! – распахнул дверь шире крымыш и с подозрением на меня взглянул.
Оценил мои волосы, брови, ресницы. Фыркнул, пошевелив усами. Никак не прокомментировал вслух.
А в это время дверной проём опять самовольно раздался в стороны, словно его растянули невидимые руки, придавая форму высокой и широкой арки. Жиржа просочилась внутрь и пошлёпала вглубь.
Стена с косяками пришла в нормальный вид, дверь захлопнулась перед моим носом.
Ну что ж… Пожав плечами, я отправилась вниз вводить в курс дел Феликса. Хотя какие у нас тут дела? Спи, ешь, скучай, старайся не сойти с ума.
– Необычная красавица, – с присвистом сообщил мне филиур.
– Жиржа? Да, пожалуй, – сдержав ироничное хмыканье, отозвалась я. Я совершенно очевидно ничего не понимаю в красоте жаблоидов.
– И вы, Агата. Вы стали оранжевой немного.
– Где?! – испугалась я и рванула вверх по лестнице, чтобы глянуть на своё отражение в зеркало, скрывающее проход в мои апартаменты.
На меня оттуда смотрела перепуганная девица с огненно-рыжими волосами, словно она и не славянка вовсе, а коренная жительница Ирландии, дитя вересковых пустошей и фейри.
Шевелюра полыхала багрянцем осени. Тёмно-рыжие дуги бровей, соболиных, угу. Длиннющие густые ресницы. Тоже рыжие, но настолько тёмные, что почти бордовые. Такие можно даже не красить тушью.
А вот глаза пока что мои родненькие, серые от рождения. И кожа моя, светлая, без веснушек и родинок.
– Фух! Не оранжевая! – Моё отражение с облегчением улыбнулось. – Феликс, не пугайте меня так больше. Я уж запаниковала, что моя кожа сменила окрас и я теперь как Жиржа.
Филиур смущённо поклекотал, поморгал, извинился.
– Итак! Нам нужна для вас жёрдочка, как я понимаю. Это надо попросить отель, – с намёком глянула я на люстру. – Сейчас вы видели одну из наших гостей. Жаблоид, имя Жиржа. Она прибыла в компании золотого крымыша, его зовут Шим. Они заселились на десять дней, из которых уже половина прошла. Оплату за двоих внёс крымыш волшебной пыльцой со своих крыльев.
