Мой вопрос явно был не в тему, но пилот-инопланетянин решил поддержать беседу. Подошел ближе, встал рядом и, повернувшись в полоборота, так, чтобы смотреть на меня, но краем глаза видеть и космос за стеной.
— Они всегда словно бы плачут, — сверкнул он улыбкой.
Мамочки! Белые зубы с чуть удлиненными клыками на фоне синего лица — убойная смесь.
— Почему? — с нажимом уточнила я. Надо ведь пользоваться живым информатором.
— Они потеряли свою галактику. И не могут найти другую.
— Как так случилось? — Эфир я преднамеренно пока блокировала.
Сначала послушаю.
— Детка, ну это все знают. Программа начальной школы. Давай лучше поговорим о тебе, такой красивой, — и тут моей ноги что-то коснулось.
Я подпрыгнула на месте от неожиданности и чуть не заорала. Оказалось — меня лапали хвостом.
— Оторву, — мило улыбнувшись, я чуть сдвинулась в сторону.
— Какая строгая! — расхохотался пилот, ничуть не испугавшись, но и не устыдившись. — Неужели интереснее говорить о Скитальцах?
— Мне интересно, — хмыкнула я.
— Так что говорят о них в ва́ших начальных школах?
Ну он же видит, что мы с разных планет. Должен понять, что и информацию мы получаем все же немного разную.
— Расскажу, но только в обмен на имя, прекрасная незнакомка.
— Идет! — усмехнулась я. — Агата.
— Рондрерва́льд, — отвесил он мне поклон. Да еще и хвостом помахал, как в старину кавалеры мели пол перьями шляпы. А потом снова сверкнул обаятельной улыбкой и все же поделился своими знаниями об этих «китах».
— Насколько знаю, их сейчас осталось порядка пяти особей. Древние существа, разумные. Планеты у них никогда не было, обитали и обитают в открытом космосе. Плавают... Питаются энергией излучения звезд.
— А сколько их раньше было? — Мысленно я пыталась сама, без помощи эфира, прикинуть размер данной о́соби.
— Сложно сказать, — хмыкнул мой собеседник. — Они, как видишь, гигантские. Порядка двух десятков. Но последние лет сто — двести медленно вымирают. Наша галактика им слишком мала, энергии не хватает.
— Галактика им слишком мала... — повторила я и подошла вплотную к разделяющей нас перегородке. Положила на нее ладонь и негромко спросила: — Что же мне с тобой делать, дружок? И где твои собратья?
Ответом мне был печальный плач скрипки, в котором я все так же отчетливо слышала звуки морзянки.
— Они не говорят на наших языках, ты помнишь? Вообще не говорят, — с легкой долей удивления в голосе произнес инопланетянин.
— Да, я в курсе.
