Это кобелиное животное весело скалилось и рассматривало меня.
— Этье́н Рау́ль Эрне́ст Дюфо́!!! — заорала я, вне себя от ярости. — Ах ты ж, сволочь блудливая!
Волчья башка немедленно втянулась обратно в стену, а за дверью раздался скрежет и цокот когтей по полу.
— А ну стой, мерзавец!
Быстро выключив воду, я выскочила из душа, схватила полотенце, лежащее на полочке, и рванула догонять бессовестного вуайериста.
Нет, ну я просто в шоке. Подглядывать за мной в ванной?! Серьезно?! И как часто такое уже случалось, просто я не замечала? И когда еще он за мной подсматривал?
— Стой! — скользя мокрыми босыми пятками по полу, я мчалась за улепетывающим со всех лап волком.
И судя по тому, что драпал он по-настоящему, его тело внезапно снова стало осязаемым, и, как следствие, втянуться в стену он не может. Отлично, сейчас я кому-то наглый хвост накручу.
Давно я так не злилась. Это уже ни в какие ворота не лезет: подглядывать за девушкой в душе!
— А ну стой, Рауль поганый!
Мы уже были в гостиной, оставались считаные метры до входной двери, ведущей на лестницу в холле.
И тут я зацепилась мизинцем за угол дивана, пискнув от боли, попрыгала по инерции вперед еще немного, но уже на одной ноге. Поскользнулась, всплеснула руками и с размаха упала навзничь. Очень неудачно врезавшись во что-то головой.
Сначала были тьма и ничто. Потом стали появляться далекие огни. Некоторые из них вспыхивали сразу и ярко, другие разгорались постепенно и неторопливо. Вселенная не могла решить, какой же способ создания чего-то из ничего лучше.
А я стала частью всего этого. Я знала все о каждом из огоньков. Вернее, могла узнать все о каждом из них, если бы захотела. Стоило мне остановить свое внимание на какой-то из искр, и ко мне поступала информация о ней. Что за мир, как его называют аборигены, и какое имя дали соседи по Галактике. Некоторые миры были сильные, жадные до жизни, яркие и сочные. Другие же то ли умирали, то ли еще не начали жить полноценно. Если бы я захотела, то узнала бы.
Но меня это не интересовало.
Я медленно поворачивалась, окидывая взором все сущее. И это «все» источало, испускало, транслировало бесконечные потоки информации. Сведения обо всем были буквально разлиты в этом черном ничто.
Можно было потянуть за тонкую паутинку, последовать за ней и узнать что угодно.
А еще это не́что, находящееся в ничто́, очень хотело с кем-то всей этой информацией поделиться. Вот уж никогда бы не подумала, что Вселенная — такая сплетница.
