– Что как только ваша сила зацепится за меня, то дальше будет как всегда!
Эрик несколько мгновений рассматривал Ланию, как какую-то диковинку, а потом длинно вздохнул.
– Вы никогда не задумывались, почему айсу становятся только девушки без магии? И куда будет деваться излишек, если вы сами наполнены силой? Значит, так, миледи, – не дожидаясь ответа графини, жестко произнес князь. – Я даю вам сутки, чтобы покинуть город, и желательно в ближайшее время и страну. Если вас заметят в столице, арестуют за покушение на меня, и остаток дней вы проведете в темнице.
И кстати, а что за камень вы пытались отнять у госпожи Иоанны? – словно невзначай спросил он, внимательно наблюдая за Ланией.
Она вздрогнула, не сумев сохранить спокойствие.
– Это из него получилось зелье, его надо было растворить в красном вине, – послушно призналась она, даже не отрицая свою причастность к похищению ушастой дряни.
И здесь опять она подсуетилась, наверняка ведь побежала ябедничать. Только как догадалась, что это графиня? Неужели по голосу узнала, негодница? Лания сжала кулаки в складках платья, в груди заворочался колючий ком ревности и злости.
Что ж, раз так все вышло, ей остается только одно: мстить. И Эрику, раз не принял ее чувств, и этой кошке драной. Графиня сразу поняла, как одним ударом достать обоих, и сдержала торжествующую усмешку. Она уйдет, да, но напоследок красиво хлопнет дверью. Когда же Эрик опомнится, будет уже поздно.
– Свободны, графиня, – холодно обронил князь, и Лания очнулась от размышлений.
– Ваша светлость, – чопорно произнесла она, изобразив реверанс – куда скромнее прежних, позволявших разглядеть ее глубокое декольте.
После чего развернулась и плавной походкой вышла из кабинета. Спокойно прошла приемную, череду гостиных, дошла до своих апартаментов и, только оказавшись в одиночестве, позволила себе длинно и витиевато выругаться. Потом Лания бросилась в будуар, придвинула роскошную шкатулку для драгоценностей и нажала невидимый выступ, открывая потайное отделение.
Оттуда графиня достала массивный перстень с крупным, ограненным золотистым камнем. На губах женщины появилась предвкушающая усмешка, а в глазах загорелся нехороший огонек.
– Что ж, попрощаемся, дрянь хвостатая, – неслышно прошептала Лания и решительно надела перстень на палец.
Едва только прозвучал голос графини, меня тут же скрутил острый приступ боли, от которого заныли зубы и перехватило дыхание.
