Внутри Юлиана закипело глухое раздражение, он медленно поднялся, не сводя взгляда со злополучных цветов.
– Кто? – коротко уточнил он, очень стараясь унять вихрь эмоций, поднявшийся в душе при виде букета.
– Служанка леди Златы, – послушно доложил камердинер.
Юлиан резко выдохнул, раздражение грозило переплавиться в злость, и тут цепкий взгляд наследника выхватил уголок, торчащий из подарка. Стремительно преодолев расстояние до слуги, принц выдернул записку… «Роскошной девушке – роскошные цветы. С надеждой на новую встречу.
Дариш». Юлиан стиснул зубы так, что заходили желваки, пальцы смяли картонку, и она осыпалась пеплом. Внутри все взревело, требуя крови наглеца, и думать, а отчего это попытка другого мужчины ухаживать за Златой привела его в такое бешенство, у Юлика времени уже не осталось. Молча выхватив злополучный букет из рук камердинера, наследник стремительно вылетел из кабинета и помчался к покоям, которые занимал дядя. Эмоции клокотали и бурлили, как проснувшийся вулкан.
Одна только мысль, что на Злату мог обратить внимание кто-то другой, вызывала настойчивое желание свернуть ему шею. Или хотя бы двинуть как следует в морду, чтобы не смел заглядываться!..
Не утруждая себя стуком в дверь, Юлиан пинком открыл ее и ворвался в апартаменты Дариша – родственник как раз завтракал. При виде племянника мужчина в удивлении поднял брови и встал, только спросить ничего не успел.
– Не смей к ней приближаться, понял?! – прорычал Юлиан и с размаху заехал букетом по физиономии Дариша.
Тот, не ожидая такого от принца, конечно, не успел увернуться, и красные лепестки полетели во все стороны, усыпав ковер.
– Юлик, подожди… – все же сделал попытку остановить разбушевавшегося наследника Дариш, но не преуспел.
– Не собираюсь ждать! Никаких больше подарков Злате, ясно тебе?! – перебил его Юлиан и снова замахнулся измочаленным букетом. – Иначе завтра же вылетишь из страны в бессрочную ссылку! Ищи себе другой объект для своих грязных поползновений!
Дариш все же увернулся от второго удара, но Юлиан разошелся, сыпля ругательствами и не давая дяде продохнуть, гоняя его по всей гостиной, пока от букета не остались жалкие огрызки стеблей.
Физиономия Дариша выглядела помятой и исцарапанной, а сам он изрядно озадаченным. Однако усмешка на его губах была ироничной, и в голосе звучало ехидство.
– О-о-о, неужели всерьез влюбился, племянничек? Нашел наконец свою хвостатую и ушастую?
– Ты!..
