И побыстрее, а то эта хитрая рыжая снова обведет вокруг пальца! Уж ее Юлиан точно отблагодарит как-то за сегодняшнее, и не обойдется одними словами! Переодевшись и отправив Агни в город, Янина тоже пошла на прогулку, обдумывая, что купить в качестве подарка, связанное с рисованием.
* * *Юлиан стоял у окна, заложив руки за спину, и бездумно смотрел в окно на парк. На плече сидела Радужная, громко сопела и время от времени тихонько курлыкала. Из головы не шла Злата… А в груди поселилась тупая боль с тех пор, как он узнал об обмане.
И никак не хотела проходить. Но сегодня Злата спасла его, хотя могла и не предупреждать о привороте. Вот это заслуживало большей благодарности, чем донос от леди Янины накануне вечера. Не словесной, конечно, и не банального подарка через третьих лиц. Юлиан вздохнул и поморщился. Как все усложнилось, а… ведь Злата ему правда нравилась, с ней было легко, и она так заразительно улыбалась, и эти трогательные веснушки…
Принц тряхнул головой и отвернулся от окна, направившись к столу.
Что ж, ладно, как воспитанный мужчина, он поблагодарит леди за помощь. Но прощать не собирается! Подумав мгновение, Юлиан набросал несколько слов на листке бумаги, запечатал личной печатью и вызвал слугу, приказав отнести в покои принцессы Златы. Все равно никто, кроме нее, не сможет открыть печать, приправленную магией. После чего направился на ежедневную тренировку в зал для занятий. Даже себе он не признавался, что с нетерпением ждет завтрашней встречи со Златой и что за эти два дня, что они виделись мельком, Юлиан успел соскучиться по рыжей аррини…
Они с Иоанной провели несколько отличных часов.
Знакомый художник оказался приятным, но совершенно рассеянным типом, пребывающим где-то на своей волне, в заляпанных красками рубашке и штанах и с растрепанной темной шевелюрой. Однако, услышав просьбу княгини, заверил, что к завтрашнему вечеру все будет готово и у него даже заготовка имеется.
– А как насчет кисточки? – робко уточнила Злата.
– Позвольте ваш роскошный хвостик, – галантно попросил художник, протянув руку и чуть наклонившись.
Злата нервно вздохнула, но все же позволила взять в руки упомянутую часть тела. Чуткие пальцы аккуратно прошлись по шелковистой, мягкой шерстке, художник что-то пробормотал под нос, кивнул и выудил с захламленного стола пинцет.
– Чудная кисточка выйдет, мягкая, тонкая, – авторитетно заявил он. – Только вам придется немного потерпеть, – художник чуть виновато глянул на Злату.
