И никто из них даже не подозревал, что у их страстного прощания имелся невольный свидетель.
Невесомый тюль на окне одной из неосвещенных гостиных даже не шелохнулся, когда от него отступила тень. В комнате раздалось рассерженное шипение.
– От этой кошки нужно избавляться, – вполголоса пробормотала тень женским голосом. – Это уже серьезно… С другими он не целовался и так не смотрел…
Если бы принц остановил свой выбор на одной из тех дурочек, что приехали в надежде захомутать такой лакомый приз, она бы легко с ними справилась.
Не сейчас, так после свадьбы, ведь всем известно, что фаворитки порой имеют больше влияния, чем законные супруги. Особенно если брак чисто династический, ради наследника. А вот если есть чувства… Глаза женщины недобро блеснули в полумраке. Магия эту аррини не берет, да, но ведь можно и не магией, по старинке. А чтобы эта нюхачка не унюхала чего лишнего, есть отличный способ лишить ее главного козыря.
Из гостиной выскользнула темная фигура и уверенно направилась по коридору к ближайшему выходу из дворца в парк.
Пусть крыло с кандидатками охраняется, но на улице никто гвардейцев не ставил. И магией можно воздействовать не напрямую, а… по-хитрому.
Злата сладко спала и видела десятый сон, ни о чем не подозревая. Окно в ее спальню, как обычно, было приоткрыто, впуская в комнату свежий ночной воздух, напоенный ароматами цветов и трав. Принцесса даже не пошевелилась, когда створка бесшумно открылась шире, а легкий тюль взметнулся от порыва ветра. Не проснулась Злата и тогда, когда в окно влетела самая натуральная туча, набухшая дождем, и зависла над кроватью.
А потом стремительно упала на спящую девушку, превратившись в целое ведро воды. От неожиданного и не слишком приятного пробуждения она даже закричать не смогла, горло перехватило, сердце подпрыгнуло к горлу, и сама Злата подскочила, очумело вертя головой и пытаясь понять, что произошло.
Окно было открыто нараспашку, по спальне гулял сквозняк, и Злата под мокрым одеялом, в тонкой мокрой сорочке, моментально продрогла.
Бормоча проклятья, она вылезла, дрожа как осиновый лист, дернула шнурок звонка несколько раз, сожалея, что приходится среди ночи будить горничную, и побрела в ванную переодеваться. Мимолетно пожалела, что тут нет всемогущего фервекса, который всегда спасал ее от простуды, на всякий случай постояла под теплым душем и только потом переоделась в сухую ночную рубашку. Горничная уже пришла, зевая и сонно моргая.
– Миледи?.. – хриплым со сна голосом спросила она.
