Сердце металось в груди, сбивая дыхание, и ей уже было не до любования красотами природы. В этом уголке парка царила тишина, только иногда слышалось негромкое чириканье какой-то пичуги, и здесь, под сенью деревьев, сгущались мягкие сумерки. Правда, фонари еще не горели, надобности в них пока не было.
Злата свернула последний раз, оказалась на полянке с павильоном и замерла, удивленно оглядываясь. Пространство освещалось множеством золотистых искорок, реявших в воздухе, оседавших на листве и цветах, и эти искорки придавали атмосфере долю романтики и уюта.
А внутри павильона горели свечи… И виднелся знакомый силуэт, сидящий за столом. Злата прерывисто вздохнула, нащупала флакон в кармане и медленно пошла вперед, лихорадочно перебирая обрывки мыслей и фраз, пытаясь сообразить, что же ей говорить. В результате дар речи вообще временно отказал, особенно когда она переступила порог и Юлиан повернул голову, посмотрев прямо на нее.
– Привет, – негромко поздоровался он и улыбнулся уголком губ.
– Здорово выглядишь.
А в следующий момент Злата ощутила легкий ветерок, игриво пробежавшийся по волосам и взлохмативший шерсть на хвосте. После чего они окончательно высохли, а сквознячок пропал.
– А… С-спасибо, – пробормотала Злата, не зная, куда девать глаза, и ощущая, как горит лицо от смущения.
– Присаживайся, – Юлиан встал и отодвинул ей стул, все так же внимательно глядя на принцессу.
Ничего не оставалось, как подойти и присесть, расправив юбки и избегая смотреть на наследника.
На столе уже стояли несколько блюд, накрытых круглыми крышками, кувшин с ягодным морсом и отдельно в ведерке бутылка розового вина. Злата машинально отметила, что именно это вино ей нравилось, легкое, приятное и совсем не бьющее по мозгам. Запомнил…
– И что у нас на ужин? – с любопытством произнес Юлиан и поднял первую крышку.
Злата между тем нащупала в кармане коробочку с заветным флаконом, облизнула пересохшие губы и достала ее, пока не передумала.
Одновременно, как принц увидел первое блюдо, она поставила коробочку на стол и выпалила:
– Это тебе.
Однако Юлиан сначала принюхался к блюду, посмотрел на него, и брови наследника поползли вверх.
– Хм-м-м, – протянул он, но без злости или неприязни. – Кто подсказал мое любимое блюдо? Иоанна небось? – его улыбка стала шире, а в глазах появились веселые искорки.
– Да, она руководила, а я готовила, – призналась Злата, чувствуя, как краснеет еще сильнее.
