Она уже немного присмирела, но всё-равно время от времени пыталась высказаться о падении нравов, ужасов бытия и прочее, и прочее.
Меня допрашивали самой последней.
- Садись, пиши давай! Как дело было, что видела, как собака покусала – отрывисто сказал полицейский и дал мне самописку.
И что писать? Тележка с Донатием осталась за решёткой. Я задумалась. С чего начинать? «Давай с начала» - хмыкнул мужчина. Я важно кивнула и аккуратно вывела:
«Поскольку продуктов в квартире моей не наблюдалось, посетила меня мысль сходить на местный рынок, да принесть оттуда пару фунтов мяса, молока кринку и яиц лукошко.
Споро собравшись и вышедши на улицу, я поинтересовалась у своего любимца, желает ли он составить мне компанию в этом позднем путешествии. Ответ был утвердительным, так что я…»
Господин дознаватель, который прочёл моё сочинение из-за плеча, тяжко вздохнул, буркнул что-то о «шизанутой интеллигенции», забрал бумагу, и жёстко сказал ещё раз: «Пиши, что продиктую».
- После того, как я вышла из магазина самообслуживания, прошла около трёхсот метров по направлению к моему месту проживания.
Заслышав женские крики и просьбы о помощи, я поспешила исполнить свой гражданский долг…
Я старательно писала под диктовку, господин дознаватель внимательно прочёл, и сказал, что мне нужно ещё немного задержаться, и открыл дверь. В коридоре, по очереди припадая ко всем дверям, метался Донатий.
- Ох, ти ж божечки мои! Оставил девку, не успел увидеть, в какую кабинету тебя увели, споймали нас вороги, вон тот тип в «аквариуме» так и сказал тому оперу: бабку, говорит, пострадавшую, нарика одного, и бабу-убийцу сегодня приволокли.
Небогатый урожай.
Так то ж мы были, вот же ей, боле некому! Значится так! Ты присутствия духа не теряй! Я до дома и обратно! Принесу тебе ножовку по металлу, в кладовке видел, и мы выберемся из темницы…
Хотя тебе пилить будет неудобно. Могут увидеть. Я пилить тогда буду."
"Я шла по коридору в сопровождении господина дознавателя, в полной растерянности. Единственное, что вертелось в моей голове – почему убийца? Ведь тот парень оставался в живых.
Жемчуг покусал его сильно, но не насмерть же. От укуса волка не умирают, я это точно знаю… и вторая мысль, не менее странная - как мне скрыть звук напильника? Даже если Донатия не будет видно, то его будет слышно. Поэтому я ловко ухватила за ворот рубахи уже собравшегося драпать нечистика, и мы втроём вышли в приёмник.
Там нас уже дожидался молодой человек, представившийся оперуполномоченным Авдеевым.
