Который шибко быстро бежал нонче с утреца с лесенки. Да не стой ты столбом. Спроси хоть, как зовут-то!
- Да ты точно не в себе! Или ты слаба ещё и на глаза стала, не только на мозги свои куриные? Элеонора Витальевна я, и не говори, будто не узнала, в жизни не поверю!
Я прекрасно понимала, что, завидев эту даму, забыть её будет уже невозможно, поэтому и не пыталась промямлить что-то типо: «Вы так изменились с этой новой причёской! Вам так идёт!». Просто невозможно с кем-то спутать женщину столь удивительных габаритов.
Ярко-карминовые губы были недовольно сжаты, волосы были удивительного оттенка – внизу грязно-белые, с лёгкой рыжинкой, и угольно-чёрные у корней, стояли дыбом, как у одуванчика. Пальцы, шея и запястья милой дамы радовали глаз массивными золотыми украшениями.
Она заметила, что я очень внимательно рассматриваю её, и заревела раненым бегемотом:
- Чего молчишь, подлюка? Или ты думаешь, что вот так это тебе с рук сойдёт? Да ни в жизнь! Крохоборка! Ишь ты, подсчитала, поди, сколько на Виталеньку денежек потратила, когда он жил с тобой, замухрышкой.
Да ты должна ему благодарной по гроб жизни быть за то, что он на тебя внимание обратил, а не на кого другого, что он твои подарки принимал, да и тебя в свою жизнь пустил! А теперь – оступился человек, и всё? Вон отсюда на все четыре стороны? А ты подумала, где он жить-то теперь будет? А всё твоими стараниями! Да если бы ты раньше сказала, что выгонишь его взашей, кто знает, может он бы на работу денежную устроился? А ты… ты так и помрёшь в одиночестве!
Голос дамы уже срывался на визг, из дверей соседних квартир стали осторожно выглядывать головы людей…
Я нащупала рукой скалку, волк подобрался, Элеонора Витальевна сделала резкий поворот, и побежала вниз по лестнице.
Скалка в очередной раз полетела следом за моим визитёром."
"- Жемчуг, играть с дамой на улице – бросила я волку, и просто смотрела из окна, как он пристаёт к моей несостоявшейся свекрови с желанием поиграть, раз уж разрешили.
Он догонял её, приседал на задние лапы и иногда рычал от удовольствия. Дама взвизгивала и пыталась убежать. Жемчуг быстро догонял, и игра продолжалась снова. Забытая скалка валялась у подъезда.
- Какая женщина, какая женщина – восторженно шептал домовой, прижавшись носом к холодному стеклу и взволнованно приглаживая свою густую шевелюру на голове.
Уже смеркалось, когда наигравшийся Жемчуг принёс скалку домой, а я засобиралась выйти в магазин в третий раз.
