В последнее время фирма работает нерегулярно, и работники банка пришли, чтобы определить ее стоимость.
Сотрудники сплетничают, как бы мы ни старались убедить их, что мы избавим H&H от этого фанка.
Некоторые даже начали просить отгулы для поиска другой работы. Я их не виню. В конце концов, им нужно зарабатывать на жизнь, и если эта ситуация, в которой мы находимся, сохранится, мы будем вынуждены отпустить некоторых из них.
В тот момент, когда я открываю свой кабинет, меня встречает песня Don’t Look Back — Oasis.
Музыкальный вкус Лейлы как бы застрял в прошлом, и она все еще оплакивает распад группы.
Мой партнер и лучшая подруга стоит перед прозрачной доской и строчит со сверхзвуковой скоростью.
У нее крошечная фигура, поэтому, когда она носит мешковатые брюки и кофты большого размера, она выглядит как уличная хип-хоп певица — факт, которым она гордится, так как считает себя уличной до мозга костей.
Ее волосы покрыты шарфом, элегантно заправленным на шее. Лейла также является преданной мусульманкой и гражданкой Великобритании в третьем поколении.
Ее отец имеет Пакистанское происхождение, а мать Туниска.
В результате ее цвет кожи на оттенок темнее, чем у ее матери-Кавказки, и светлее, чем у ее отца из Южной Азии. У нее самая гладкая кожа, которую я когда-либо видела, за исключением рекламы в фотошопе, а ее огромные карие глаза могут показать вам мир, если вы достаточно пристально в них вглядитесь.
— Оазис (группа) в такую рань?
Она тянется ко мне, не поднимая головы.
— Мой кофе со льдом, приятельница.
— Держи.
Я протягиваю его ей, и мы одновременно делаем глоток, затем вздыхаем.
Я стою рядом с ней перед доской. Она пишет свой маркетинговый план — тот, который нам понадобится, если мы получим инвестиции.
Когда мы впервые начали это приключение сразу после окончания университета, мы договорились, что я позабочусь о дизайнерской стороне бизнеса, а она займется маркетингом, потому что она в этом гений.
Пять лет спустя мы сделали это.
Наша компания выросла с двух человек до более чем ста. Мы приложили все усилия, чтобы это произошло. Только Лейла и я. Пока этот ублюдок Джейк не разрушил то, что мы строили годами, за считанные месяцы.
— Это самое лучшее. — она делает еще один глоток. — Я чувствую себя более энергичной и готовой надрать задницу.
— Ты, должно быть, уже выпила немного кофе.
— Мне нужно две порции, чтобы полностью проснуться. Помнишь дни в общежитии?
— Ах.
