— Я зайду? Через пять минут буду, — Лисицына встала, одёрнула блузку, взяла папку и посмотрела на Погорелова. — Всё-таки нужно найти хоть кого-то, кто ещё смотрел Катю, кроме Хворостиной. Кстати, по ней что-то известно?
— Да. У неё дочь с психическим расстройством, жили очень бедно, она могла редко брать смены, но потом всё изменилось. Появились деньги, она даже некоммерческое партнёрство открыла, «Штопая сердца». Они сделали театр для душевнобольных, проводили сеансы психологической помощи для населения.
— Ну, ищите источник обогащения и причины для организации НКО. Они должны быть.
Погорелов до позднего вечера проверял все медицинские выписки Екатерины Фроловой, которые им выдали в психиатрической клинике. Папка собралась внушительная, но в ней ровным счётом не было ничего, что могло бы помочь следствию. Сергей с тяжёлым вздохом закрыл дело, посмотрел на еле живую Глашу, не так давно вернувшуюся с квартиры, где Визгликов нашёл два трупа.
— Есть что? — вяло спросил он.
— Километры кадров.
Кирилл занимается, и туча отпечатков, они у Казакова, — девушка устало опустилась на стул. — Одна жертва задушена, у второй ножевые. Обе предлагали свои услуги на одном и том же сайте эскорт-услуг. Короче, не сможем мы допросить Альбину или как её там. У тебя как?
— Глухо. Нужно хоть что-то про эту Катю накопать, — Погорелов раздражённо откатился на кресле от стола. — Врачи что вчера сказали?
— Сейчас с ней разговаривать бесполезно. У неё, — Глаша задумалась, — като… като…, короче, ступор.
Мама? — девушка удивлённо взглянула на телефон. — Привет. Да, хорошо. Конечно, приду, — она пожала плечами и улыбнулась. — Видимо, мама ещё не окончательно от меня отказалась. Просит с ней пообедать завтра, — Глафира пододвинула себе папку с Катиными медицинскими справками. — Хочешь, я посмотрю свежим взглядом?
— Откуда у тебя свежий взгляд? — язвительно заметил Погорелов.
— Будем препираться или работать? — устало спросила Глафира.
Сергей молча открыл перед ней папку и, круто развернувшись, пошёл прочь.
Глафира подумала, что все очень устали, нервная обстановка практически уничтожила любой намёк на спокойствие и сейчас главное — держаться и не сорваться. На одном из столов зазвонил стационарный телефон, Глафира подождала несколько секунд и нехотя потащилась к аппарату.
— Слушаю, Польская.
— Здравствуйте. Мне нужна Лисицына.
— Анны Михайловны нет на месте. Что передать?
— Меня зовут Полякова Елена Сергеевна.
