В их случае, правда, переписка велась с руководством приюта, но тоже грязненько всё было…
А настоящий подарок я обнаружил именно там, где и рассчитывал — в бухгалтерии приюта. Как человек, вынужденный выживать, как могу, я был отлично знаком с расценками на рынке продуктов питания. И стоило мне раскрыть бухгалтерские книги и прикинуть объёмы закупок еды, как несоответствия сами бросились в глаза.
Во-первых, отпускные цены на товар были несколько выше, чем известные мне. Да ладно, если бы несколько — примерно на четверть!.
. Правда, здесь все закупки шли через Торговую Палату города, а именно с её складов, и наценку примерно в четверть стоимости ещё можно было списать на проверку качества. Вот только общий объём закупаемого был слишком большим для четырёх десятков послушниц и десятка работников. Либо здесь все от мала до велика жрали в три горла, либо в этих скупых цифрах крылась самая настоящая коррупционная схема. Ещё и прикрытая на самом верху. Уверен, что поищи я чуть внимательнее, то обнаружил бы и какой-нибудь тайник с чёрной бухгалтерией, в которой три четверти выделяемых городом средств и средств жертвователей оседали в карманах работников и их пособников.
Может, и мэру что перепадало…
В общем, ситуация была предельно ясна и до обидного понятна. Я потратил ещё немного времени на исследование приютской библиотеки — и всё-таки нашёл ту самую книжку по дирижаблям, о которой говорила Нанна. После чего аккуратно вырвал лист со списком писем и распоряжением директора, забрал письма сестры Нанны, захватил бухгалтерскую книгу и покинул приют.
Больше тут делать было нечего. Для интереса я заглянул в местные кладовые — и что я могу сказать? В них явно не было всех тех многочисленных деликатесов, что накупили, судя по документам, сотрудники. Котёл с прокисшим рагу, да ящик гнилых овощей — вот и вся еда…
Жадность несусветная! Просто запредельная! С другой стороны, в этом мире я с ней сталкивался уже не в первый раз и точно могу сказать — такая схема работает. Как в моих родных двадцать третьих яслях была поговорка — копейка рубль бережёт — так и здесь каждая лишняя единичка пневмы складывалась в целые состояния.
Ничто не ново под луной и солнцем… И даже методы, используемые в коррупционных схемах, были вполне себе привычные для всего цивилизованного мира…
Когда я вышел из приюта, солнце уже начинало клониться к горизонту. Ну а в моём случае просто закатывалось за край скалы. А мне ещё надо было найти утварь и немного еды.
