Я сходил за рюкзаком, собираясь почитать «Особенности постройки эфирных судов за авторством Крума Каба», но руки мои неожиданно натолкнулись на что-то твёрдое — и вовсе не книгу. Я обхватил это что-то руками и достал. А потом ещё несколько секунд пытался вспомнить, что это всё-таки такое — и откуда оно вообще взялось.
Это был накопитель из храма, который я в порыве жадности подхватил и сунул в мешок. Хороший, большой накопитель…
Кристалл жизненной энергии — наполненность 18302 единицы.
Вот же! Логос огня с этим кристаллом мог работать ещё год и три месяца! Ничего себе карманные расходы у пневматиков — наверняка же личный кристалл гра Велиа… Стоимость-то у него вряд ли заметно меньше, чем у нашего корабельного накопителя.
Я снова внимательно уставился на кристалл:
Кристалл жизненной энергии — наполненность 18302 единицы.
Интересно всё-таки, сколько он максимально может вместить… Зато можно было перекачать энергию и заполнить своё семечко пневмы. Как там говорила Нанна? Заполняешь под завязку, сливаешь, снова заполняешь? Вот этим я и занялся.
Сначала заливал своё семечко пневмы под завязку, потом сливал сотню единиц в накопитель корабля — и снова повторял. Когда небо посветлело, я — уже с полным семечком пневмы — прекратил упражнения.
Семечко пневмы
2 уровень
Наполненность: 1000/1000
Свойства: 1/2
Логосы: 5/10
Кристалл же я кинул в сумку, оставив на нём 9505 единиц. В корабельный накопитель я скинул, таким образом, ровно восемь тысяч. Всё остальное оставил себе и своей жабе, с которой постоянно приходилось сражаться во время этого чудесного процесса тренировки…
Когда меня сменил Рубари, я с трудом дождался завтрака и тут же пошёл спать, надеясь выспаться перед очередной ночной сменой.
Больше всего я боялся, что меня разбудят и сообщат о том, что мародёры снова у нас на хвосте, но всё прошло спокойно. Я проспал восемь часов — после чего сам проснулся и пошёл проверять, где мы находимся. В рубке нужен был стол… Сверяться с картами на весу было определённо неудобно.
"
"Карты здесь, к слову, выглядели вполне по-земному. Обозначались географические названия, и указывались нужные высоты — тонкими линиями и местными цифрами. Правда, на каждой карте имелись кружочки с ориентирами, изображенными с высоты птичьего полёта. В качестве таковых указывали необычные элементы рельефа местности, чтобы дирижабли могли ориентироваться с воздуха.
Прошёл день, и снова наступил вечер.
