Влад с трудом выдавил ответную улыбку, а полковник уже отсмеялся, лицо мгновенно потяжелело, голубые глаза в упор уставились на Влада:
– Плохо выглядишь, майор.
– Переживаю, товарищ полковник, – он отвел взгляд и вздохнул, – за товарища Сталина очень переживаю.
– Ну, ясное дело, мы все переживаем. – И. о. плюнул в пепельницу, затушил окурок."
"– Товарищ полковник, – Влад подался вперед, – как там дела, на Ближней? Новости есть? Врачи что говорят?
Соколов тоже подался вперед, вытаращил глаза, закричал шепотом:
– Какие, на хуй, врачи? Врачи все тут, у нас, блядь!
Влад заметил капли пота у него на лбу, лопнувший сосуд в углу глаза, похожий на алого паучка.
Соколов опять откинулся на спинку стула, достал платок, промокнул мокрое лицо, высморкался, произнес ровным механическим голосом:
– Лечение товарища Сталина проводится под неусыпным контролем ЦК партии.
Влад не удержался, выругался сквозь зубы и тихо рявкнул:
– Он их всех переживет!
– Мг-м, – кивнул полковник, – и нас с тобой тоже.
В общем, так, майор, отправляйся-ка спать. Завтра утром ты мне нужен бодрый, свежий, и чтоб котелок хорошо варил. Ясно?
– Так точно, товарищ полковник!
– Все, майор, свободен! – Соколов поднялся, протянул руку.
Его рукопожатие оказалось неожиданно слабым, вялым. Рука холодная и влажная, будто лягушка. У двери он окликнул Любого:
– Слышь, Влад! Ты стажеров больше не обижай. Они тут по приказу товарища Сталина, так сказать, свежая струя комсомола.
* * *Фонари вдоль бетонки не горели, но было светло от снега и яркой полной луны.
У забора генеральского поселка, неподалеку от ворот, мигнули сигаретные огоньки. Юра услышал девичий смех, знакомый ломающийся мальчишеский голос громко произнес:
– А вот еще: Штирлиц шел на связь. В радиограмме сообщалось, что связных он узнает в лицо. Действительно, из-за угла вышли Петька и Василий Иванович.
Опять смех. Юра ускорил шаг, окликнул:
– Глеб?
– Папа!
Огоньки погасли, через минуту сын повис у него на шее.
Шапка слетала, Юра провел рукой по колючей бритой голове. Рядом топтались две девочки лет четырнадцати, совершенно одинаковые.
– Зрас-сти, дядь Юр, наконец-то, а то Глеб тут уже с ума сходит, десятый анекдот про Штирлица травит.
Юра узнал близнецов Сошниковых, Катю и Машу.
– Привет. Вы что, курили?
– Немножко, по одной затяжке, только родителям не говорите!
– Пап, у тебя случайно жвачки нет? – спросил Глеб.
– Есть, в чемодане.
