Я записал процесс до самого конца – до утомленных вздохов, хлопанья пробки и бульканья вина в бокалах.
А затем они вдруг начали снова – и я, кажется, понял, что нашла в господине Рожнове его молоденькая любовница. Однако я счел, что моя заказчица в принципе удовлетворится записью единичного акта, и спешно покинул чердак.
* * *Госпожа Рожнова прибыла ко мне в кабинет через две недели. Бриллиантовый свет, озарявший ее лицо и плотную фигуру, казалось, стал еще ярче.
Я приказал Римке принести кофе и выложил перед заказчицей отчет.
К нему прилагались улики: конверт с парой десятков фотографий и диктофонная запись.
С плохо скрываемой брезгливостью мадам просмотрела отчет. Затем взялась за фотографии. Глянула бегло. Ее лицо исказила гримаса.
– Какие вы все свиньи… – пробормотала она. Кажется, она имела в виду весь мужской род. Совершенно безосновательно.
Она резко встала и отодвинула нетронутый кофе.
– Я вам еще что-нибудь должна?
– Благодарю вас, нет.
Рожнова вытащила компрометирующую кассету из моего диктофона и сунула ее в сумку.
Следом отправила и улики-фотографии.
И, не прощаясь, вышла из моего кабинета.
* * *Я думал, что больше никогда не увижу ее. Однако я ошибался. Еще через четыре дня она позвонила мне снова. Голос ее дрожал от слез.
– Па-аша, – прорыдала мадам Рожнова в трубку, – помогите мне на-айти его…
– Кого? – машинально переспросил я.
– Му-ужа…
– Он ушел от вас?
– Он и-и-исчез…
– А что случилось? Расскажите по порядку. Спокойно.
– Я… я уличила его… – проговорила она, прерываясь на всхлипы и высмаркивания.
– Я бросила перед ним эти грязные фото… А он… Он только засмеялся, сказал: «Ну, вот и хорошо, что ты все знаешь»… И у-ушел… И вот уже четыре дня, как его нет… Нигде нет… И ее, этой маленькой сучки, тоже ни-и-и-где не-ет…
– Но вы же сами этого хотели?
– Нет! – отчаянно выкрикнула она. – Я не этого хотела! Я хотела его испугать! Показать, что я все знаю – и все!.. А он – он! Он меня бро-осил!..
– Ну что же, – молвил я, – приезжайте ко мне. Поговорим.
Надеюсь, вы понимаете, что поиск вашего мужа – это уже другая и непростая работа? И за нее полагается платить отдельно?
– Да-да, конечно, понимаю, – торопливо пробормотала мадам Рожнова. – Так когда вам удобно меня принять?
– Через три часа.
Я взял себе времени с запасом, чтобы успеть как следует подготовиться к ее приходу.
* * *Госпожа Рожнова явилась ровно через три часа. Глаза ее были заплаканы, а бриллиантового блеска поубавилось.
– Садитесь, – кивнул я.
