Так что захват человека дело, можно сказать, обычное.
– Так уж и обычное, – с сомнением протянул подпоручик.
– Уж поверьте на слово. Историю с графом Самсоновым слышали?
– Ну как же, обязательно! – дружно закивали офицеры.
– Вот вам и ответ. Просто в столице становится известно только о титулованных особах, а офицеров или купцов всяких людоловы часто таскают. Да и на станицы с деревнями налеты случаются. Потому их и в плен никто не берет. Сразу в расход пускают.
– Скажите, князь. А верно ли, что вы запросто в подкинутый пятак из револьвера попасть можете? – последовал новый вопрос.
– То штука нехитрая. Навык просто нужен, – небрежно хмыкнул Елисей.
– Что, вот так, запросто, пулей в летящий пятак? – не поверил ротмистр.
– Тут только свет добрый нужен и оружие знакомое, – коротко пояснил парень.
– Выходит, это вы графиню научили, как правильно на дуэли стрелять? – вдруг последовал вопрос.
– Ну, графиня, как я знаю, и сама стрелять неплохо умеет. А учить… так у меня на то и времени толком не было.
Вам ли, господа, не знать, что навык в стрельбе так просто не появится. Тут практика нужна.
Быстро переглянувшись, офицеры нехотя кивнули, понимая, что парень прав. Без долгой практики все советы будут пустым звуком. Бросив очередной взгляд в сторону входных дверей, Елисей с облегчением увидел родича с невестой и, извинившись, поспешил им навстречу. Ильико с Татьяной выглядели довольными и просто лучились счастьем. Приметив припухшие губы обоих, Елисей едва сдержался, чтобы не заржать в голос, и, подойдя, вздохнул, подпустив в голос сиротства:
– Совести у вас нет, государи мои.
– Чего это вдруг? – возмутился Ильико, с подозрением рассматривая родича. О его розыгрышах он не забывал, так что в возмущение парня ничуть не поверил.
– Да я уж устал вас дожидаться. Стою один, позабыт, позаброшен, – застонал Елисей, скорчив скорбную физиономию.
– Да ну тебя, скоморох, – отмахнулся княжич, рассмеявшись. – Не обращай на него внимания, душа моя, – повернулся он к невесте.
– Ему лишь бы позубоскалить. Иной раз с серьезным лицом такое рассказывает, что хоть святых выноси. Живот от смеха надорвешь.
– А тебе с того плохо, – негромко рассмеялся Елисей. – Говорил ведь, с шуткой и жить легче.
– Князь, – вдруг вступила в разговор Татьяна. – Я все спросить вас хотела. Только обещайте ответить честно и не шутить, – попросила она, настороженно глядя парню у глаза.
– Обещаю, сударыня, – подобравшись, кивнул парень.
