Если на этот прием в черкеске приду, это не сильно диким покажется?
– С погонами и орденами – нет, – понимающе усмехнулся Ильико. – Чин и звание ты имеешь официально, так что для первого раза так даже лучше будет.
– Ну и слава богу, – с облегчением усмехнулся Елисей, которому местная цивильная мода казалась чем-то из области сюрреализма.
– Понимаю, – снова усмехнулся Ильико. – Сам предпочитаю мундир.
– Ну, на том и порешим, – свернул тему Елисей. – А карету мою возьмем. Она и покрепче, и поворотистее будет.
– Удобная, – одобрительно кивнул княжич. – Тоже сам делал?
– Ага. Найдем толковые мастерские, и тебе сделаю, – неожиданно пообещал Елисей.
– А мне зачем? – удивился Ильико.
– Как отец сказал, князь, значит, должно быть, – тут же нашелся парень.
– А-а, – обреченно махнув рукой, протянул Ильико. – Я уже устал с ним спорить, а теперь и ты туда же.
– Нет, братишка. Есть вещи, которые даже я нарушить не решаюсь. Сам видел, даже в дорогу в карете пустился, – не отступил Елисей. – Хотя, признаюсь, верхом бы почитай на неделю быстрее добрался.
– Герб тоже сам резать станешь? – лукаво улыбнувшись, поддел его Ильико.
– Вот еще. Сам вырежешь, если надо будет, – фыркнул Елисей."
"Родственники снова рассмеялись. Вообще, Елисей неожиданно для себя понял, что рядом с Ильико чувствует себя вполне комфортно. Словно он и вправду вдруг стал ему кровной родней. И судя по всему, княжич чувствовал то же самое. Вошедший в комнату Сергеич пригласил родичей ужинать, и парни, поднявшись, отправились в столовую.
Весь следующий день они потратили на подготовку к приему.
Одежда их была вычищена и проветрена. Ордена начищены и укреплены на мундирах с точностью до волоса. Оружие, после долгих раздумий, Елисей решил с собой не брать. Только ставший уже частью собственного тела кавказский кинжал. Но без него его наряд был не полон. В общем, на прием они прибыли при полном параде.
Встретивший их мажордом, едва бросив взгляд на поданное приглашение, вежливо поклонился и, жестом позвав слугу, приказал ему проводить господ офицеров в приемную залу.
Шагая за важным, словно павлин, слугой, Ильико незаметно подтолкнул родича локтем и, склонившись к его плечу, прошептал:
– Только не вздумай его пнуть для скорости. На приемах быстро ходить не принято.
– Уговорил, – фыркнул Елисей, делая над собой титаническое усилие, чтобы не заржать, как его Карабаир.
Слуга проводил их до двери ярко освещенного зала и, поклонившись, поспешил обратно.
