Их сил хватало на то, чтобы удержать бандитов в узде, но было недостаточно, чтобы принять открытый бой. Да, подлого удара от них ожидать стоило, но рисковать подобные личности не любят.
Скакавшие следом за ним князь и комендант только удивленно переглядывались, глядя, как уверенно парень идет по следу на такой скорости. Спустя час Елисей разглядел уходивших галопом бандитов. Приметив погоню, троица принялась нахлестывать коней, но теперь парню не нужно было отвлекаться на след, и он взмахнул нагайкой. Что ни говори, а в молодости есть свои преимущества.
Легкий, подвижный юноша весил гораздо меньше взрослых, крепких мужчин, и как следствие, его конь двигался заметно быстрее. Нагоняя бандитов, парень с ходу выделил главаря по одежде и, чуть шевельнув поводом, направил своего скакуна прямо к нему. Выбрав момент, Елисей вытянулся в струну и стремительным взмахом захлестнул ему горло нагайкой. Один рывок, и неизвестный всадник с хрипом рухнул в траву.
Выпустив рукоять плети, чтобы не свернуть ему шею, Елисей выхватил револьвер и, уже осаживая коня, сделал два выстрела.
Подручные главаря рухнули наземь. Соскочив с седла раньше, чем конь остановился, парень подскочил к главарю и, пинком перевернув на спину, выхватил из-за его пояса пистолеты. Быстро обыскав тело, он освободил бандита от всего, что можно было использовать как оружие, и уже собрался выпрямиться, когда понял, что с пленником что-то не так.
Подъехавшие к нему попутчики онемели от удивления, когда услышали, как стоящий над телом парень в голос матерится.
Падая с коня, бандит умудрился свернуть себе шею. Князь, свесившись с седла, всмотрелся в лицо погибшего и, всплеснув руками, разразился громкой тирадой на грузинском языке. Елисею и свежеиспеченному майору не нужно было быть знатоками языков, чтобы понять, что он ругается.
– Что вас так возмутило, князь? – поинтересовался майор, дождавшись паузы в его тираде.
– Это купец, – зло выдохнул князь.
– Ну конечно. Молхнадзе! – сообразил Елисей, хлопнув себя ладонью по лбу. – Я же его только мельком видел, когда меня ранили, потому и не узнал сразу.
Что с телом делать будем, князь?
– Здесь бросим. Пусть зверь растащит. Шакалу – смерть шакалья, – презрительно фыркнул грузин."
"– Не торопитесь, князь, – осторожно высказался комендант. – Насколько мне известно, этот человек разыскивается за многие тяжкие преступления против короны. Так что наш с вами долг передать его тело властям. Дальше пусть они решают, как быть. Думаю, нам с вами это зачтется.
