Семеро крепких, гибких, словно лоза юношей въехали на территорию фортификации и, пряча улыбки, прямым ходом направились к старому дому бабки Радмилы. Марья, увидев ребят, ахнула, выронив подойник и глядя на них квадратными от изумления глазами, сама того не замечая, завопила пароходной сиреной на всю крепость:
– Вернулись!!!
– Да шо же ты орешь, скаженная?! Конечно, вернулись, – фыркнул Андрей, все так же командовавший ватагой. – Елисей где?
– Так у себя. Им у стены за плацем дом отстроили. Рядом с мастерской его.
Там теперь все. И бабушка, – пролепетала Марья, опомнившись."
"– От и добре, а то визжать принялась, словно привидение увидала.
Парни дружно развернули коней и все так же не спеша направились в нужную сторону.
Два десятка мальчишек размеренным бегом втянулись в ворота и, не останавливаясь, понеслись к дому. Легко бежавший за ними Елисей зорко присматривал за своими подопечными, отмечая про себя некоторые огрехи в ношении оружия или проблемы с экипировкой.
Мальчишки росли как на дрожжах, и такие вещи, как одежда, обувь и амуниция, горели в процессе обучения, словно в печи.
Группа выскочила на плац и уже подбегала к воротам, когда из-за угла вывернула кавалькада всадников и на рысях понеслась к ним. Резко остановившись и развернувшись к неизвестным всем телом, Елисей положил ладонь на рукоять револьвера, когда вдруг увидел до боли знакомые глаза.
– Мишка, Андрейка, мальчишки! Вернулись, – еле слышно выдохнул он, шагнув вперед.
Не доскакав до казака метров пяти, парни вихрем слетели с коней и дружно бросились к нему обниматься.
Прижимая к себе сразу всех, Елисей чувствовал, как горло перехватывает горячий комок, а в глазах закипают слезы.
– Живые, – еле слышно шептал Елисей. – Целые все. Здоровые. Господи, спасибо.
Замершие рядом два десятка нового набора только удивленно переглядывались, уже догадываясь, кто именно вернулся из похода. Наконец, немного успокоившись, Елисей отодвинулся от парней и, оглядев их, с улыбкой спросил:
– Неужто всех османов побили?
– Да ну их, – смущенно отмахнулся Андрей.
– Княжич на месте не усидел. В атаку кинулся и пулю в руку словил. В общем, однорукий он теперь. А мы же к его батальону приписаны были. Вот нас всех одним махом и списали.
– А казаков много сгинуло? – кивнув поинтересовался Елисей.
– Два десятка за все время, – вздохнул Мишка.
– Так. И имущество ваше где? – вдруг спохватился Елисей.
– Следом едет, – рассмеялся Андрей. – С нами пяток раненых да списанных из казаков решило податься.
