Илья умело приноравливает мое тело к движению и, послушная его руке, я понимаю, что окажись на чудном Валдае одна, точно свалилась бы набок – настолько непросто оказывается удержаться в седле молодого сильного жеребца.
– Ну, открыла глаза, птичка? – с непрозвучавшей усмешкой спрашивает парень, и я, переведя дух, чирикаю что-то похожее на «Да».
– Трусиха, – слышу от него и соглашаюсь.
– Выходит так.
– Еще круг?
– Давай!
Люков не смеется, хотя я почти жду насмешки от него. Должно быть, я кажусь ему кисельной неумехой.
Он только крепче обхватывает меня и меняет форму проезда с нуля на восьмерку. Подъехав к воротам крытого паддока, правит в него коня и наконец ссаживает меня в руки подоспевшего конюха.
– Ух! Это было здорово! – эмоции переполняют меня, едва мои ноги касаются песка, оттеснив за невидимый горизонт и страх и сердитость, и неясное волнение от нашей близости. – Спасибо, Илья! Я бы сама никогда не решилась вот так запросто прокатиться! – честно признаюсь, и парень вполне серьезно отвечает, как будто чувствует все мои внутренние переживания:
– Я знаю, Воробышек.
Отведи ее, – коротко кивает парнишке-конюху в сторону широкой трехъярусной деревянной трибуны, расположенной в торце манежа и, убедившись, что мы забрались с ним на самый верх, разворачивает Валдая к установленным по всему периметру поля барьерам.
– Петр! – важно представляется паренек, усаживаясь рядом со мной на узкий дощаной помост, протягивает в приветствии руку.
– Можно просто Петя.
– Евгения, – так же важно отвечаю я на пожатие. – Можно просто Женя.
– Приятно. А это, значит, младший сын хозяина? – спрашивает Петр, скосив смышленый глаз.
– Похоже, что да.
– Ясно. Тот, что Илья, – со знанием дела кивает новый знакомый. – Слышал о нем от ребят, но вот вижу впервые. Старший к нам нос не сует, его все больше тачки и девочки интересуют, а младший, рассказывали, отличный наездник. Но я недавно конюхом работаю, четвертый месяц только, так что еще не со всеми знаком.
– Надо же, – задумчиво удивляюсь я, провожая взглядом светловолосого всадника в черном, пустившего коня легкой рысью. – Знаешь, Петь, а я вот хоть и знаю Илью, даже бы и не подумала, что нынешние ребята отличаются подобным умением обходиться с лошадьми. Это удивительно!
– Да, он ничего, – соглашается со мной конюх. – Высоковат для соревнований, но держится уверенно. Да и Валдай послушен ему, даже странно.
