— Э-эй! — послышался голос старшего брата. — Я не… И мы не пиявки!
— Разве? — ухмыльнулась я и открыла наконец глаза, усаживаясь в позу лотоса. — А по-моему прилипли ко мне так, что и не отличишь.
— Всю кровь из бедной Майечки высасываем, о, духи! — картинно ахнула Кира, а затем ухмыльнулась в ответ. — Как твое лицо?
— М? — непонимающе промычала я, а затем коснулась кровавой корки на своем лице. — А, это. Все нормально, не боись.
Кира понимающе кивнула и медленно улыбка сползла с ее лица. Я оглядела свою непутевую компанию, и все они будто бы хотели мне что-то сказать, но никак не могли подобрать нужных слов.
Наконец, Варс подтолкнул своего брата в плечо, и тот, ворча, подошел ко мне на шаг вперед.
— Майя, я… — протянул он, краснея, а затем вдруг упал передо мной на колени. — Ну, короче, спасибо…
— Снорри, ты чо? — я удивленно взглянула на него.
— Ты рисковала собой, тебя ранили, потому что я… — начал было он, но вскоре его глаза уже были на мокром месте.
— Эй, серьезно, ты чего? — уже обеспокоенно спросила я и положила руку ему на плечо.
— Снорри, ты бы поступил также.
— Нет! — выкрикнул он и взглянул на меня. Его глаза блестели от слез. — Я бы так не поступил! И мне стыдно за это!
— Снорри…
— Майя, замолчи! Замолчи, не надо меня жалеть! Я просто…
Я взглянула на Варса и Киру, но те двое старательно отводили взгляд куда-то в сторону, делая вид, что они тут вообще ни при чем.
— Я… — шмыгнув носом, снова начал Снорри и достал из-за пояса каменный нож.
— Убить меня вздумал, чтоб стыдно не было? — нервно усмехнулась я, поглядывая на оружие в его руках.
Все-таки неприятная ассоциация, как ни крути. Хьялдур тогда не на шутку разошелся, черт старый.
— Нет, — уверенно ответил Снорри и протянул мне нож. — У меня еще нет оружия, поэтому я даю тебе это. Душа мужчины в его оружии, а я даю тебе свое.
— Он жениться на мне вздумал?! — воскликнула я и взглянула на ребят.
Кира усмехнулась, прикрыв рот ладонью. Варс лишь слегка покраснел и смущенно отвернулся.
— Майя, такая ты все-таки дура! — выкрикнул Снорри. По нему было видно, что то, что он делает, дается ему с трудом. — Прими мою клятву! Ты спасла мою жизнь, и теперь я буду верен тебе как воин!
Я еще раз обвела взглядом Снорри, стоящего на коленях, и нож в его руке. Было как-то больно уж неловко заставлять унижаться человека, пусть и такого засранца, как Снорри.
— Встань уже, — вздохнула я спустя несколько секунд раздумий, — мне не нужны клятвы.
