— Назови меня еще плаксой! Смотри! — Снорри прикрикнул и схватил с земли длинную палку.
Он снова запрыгнул на большой валун и принялся тыкать концом палки в грудь повешенного. Я тут же подошла к нему и схватила его за руки.
— Ты чего творишь, идиот?! — громким прошипела я сквозь зубы и выбросила палку себе за спину. — Тебя родители не учили..?
Я не услышала, как палка упала на землю.
Медленно обернувшись, я заглянула назад через плечо. Снорри обернулся вместе со мной.
Этот мелкий идиот встал на валун на самом обрыве глубокого оврага, около четырех лагов в глубину.
И все дно его было заполнено истлевшими телами людей.
— Твою же…
— Майя! — вдруг раздался пронзительный визг Киры.
Я и Снорри резко обернулись.
Пустые глазницы повешенного вспыхнули бледно-зелеными огоньками, и с ужасающим хрипом он протянул к нам руки.
— А-а-а! — только и вскрикнул Снорри, отшатнувшись назад.
Его нога беспомощно соскользнула с влажного от росы валуна. Я схватила его за руку, но было уже слишком поздно — мальчик, истошно вопя, покатился вниз по склону оврага, в гору трупов.
— Форр фан да! — заорала я, глядя на то, как отдельные части тел вокруг Снорри медленно начинают двигаться.
— Майя, Майя-я-я! — завопила Кира.
Я оглянулась. Раздался громкий треск сухого дерева. Ветвь обломилась, и висельник с глухим грохотом упал вниз. Его позвоночник переломился от падения, раздался буквально один короткий щелчок, но оторвавшееся от ног туловище стало медленно ползти ко мне, тянуть ко мне костлявые пальцы.
— Форр… фан да.
.! — дрожащим голосом крикнула я и спрыгнула с валуна.
Черт, черт, черт! Ноги вмиг стали ватными, все тело дрожало как на ветру и дико хотелось заплакать. Глаза стали мокрыми от слез, но я продолжала видеть, как половина мертвого тела быстро ползет ко мне, вырывая сухими пальцами комки сырой почвы.
Я в панике оглянулась по сторонам, прикидывая, куда бы убежать. Плевать на друзей, плевать на Снорри и на этот чертов лес! Убежать, лишь бы убежать!
Но в темноте я увидела лишь десятки бледно-зеленых огоньков.
И они приближались.
— Форр фан да! — снова сматерилась я, падая на колени.
Руки сами по себе схватили тяжелый, мокрый камень. Я буквально вырвала его из земли. Дно было мерзким, по моим пальцам стали ползать спрятавшиеся под камнем черви, личинки и жуки, но мне было плевать. Я, истошно вопя от страха, занесла камень над головой и, так же крича, уронила его перед собой. Сухой череп висельника разлетелся на мелкие осколки, зеленые огоньки погасли.
