Ради меня рвут и уничтожают чудовищ. Мой папа, наверное, тот человек, любовь которого ко мне не сможет превзойти никогда ни один другой мужчина. И одно только понимание того, как мне повезло, делало меня самой счастливой девочкой на всем белом свете.
С такими хорошими мыслями я начала медленно засыпать. Веки стали тяжелыми и, глубоко зевнув, я медленно отключилась.
Лишь для того, чтобы через несколько секунд очнуться в ужасе от громких, пронзительных криков со стороны деревни.
Глава 14: Ночь огня
Отец вскинул меня и наше ""оружие"" себе на плечо и понесся наверх по серпантину, к деревне.
Уже отсюда мы слышали топот множества ног. Люди в панике бежали от чего-то, что нагрянуло в нашу маленькую и довольно беззащитную деревню, и мы не были к этому готовы.
— Пап, мама там! — в ужасе закричала я, еще даже не зная того, что происходит.
— Все нормально! Держись крепче! — воскликнул в ответ отец и поудобнее вскинул меня на плече.
В его голосе, как и в моем, слышался неподдельный страх. Страх не за себя, не за свою жизнь, а за меня и маму.
В голове крутилась лишь одна мысль: ""Это никогда не закончится"". Жизнь состояла из проблем и их решения, во всяком случае так было со мной. Как только мне удавалось разобраться хоть с чем-то, я сразу упиралась в очередную стену. Черт!
Наконец, мы добежали до деревни. Отсюда, с возвышения, она была как на ладони, и было видно, что ничего не случилось. Пока что не случилось.
По дороге, ведущей на север, к полям, которые мы возделывали, шло самое настоящее войско.
Вернее, это был скорее разведывательный отряд из приблизительно сотни воинов, однако и этого хватало для того, чтобы трубить в рог и бежать прочь как можно быстрее.
И все бы ничего, ведь воины навещают нас раз в год, чтобы собрать положенный налог зерном и солью. Однако эти несли знамя, и знамя было не тем, что я видела ранее.
— Папа, кто это? — спросила я отца, когда он наконец поставил меня на землю.
— Люди из Коммунахты, города далеко отсюда. Они ходят под красными знаменами… — задумчиво, будто бы разговаривая сам с собой, а не отвечая на мой вопрос, произнес он, едва дыша.
Затем папа вдруг встал на одно колено передо мной и, глядя мне прямо в глаза, добавил: — Майя, беги домой. Найди маму. Заберите столько еды, сколько сможете, и… И вам надо бежать. Скажи всем, чтобы бежали как можно быстрее, женщинам, детям и старикам!
Не дав мне сказать и слова, он вдруг приобнял меня за голову, прислонившись своим лбом к моему, и вложил мне в руки лук и стрелы.
