Раздался долгий свистящий звук, эхом разнесшийся по всему самолету, и огромная грузовая дверь начала открываться, впуская морозный воздух. Шум от ветра и работы двигателей был невыносимым. Даже стоя близко друг к другу, им приходилось кричать, чтобы быть услышанными.
— Я сказала, я не могу, — заявила Домино.
— Дело дрянь. — Мужчина-оперативник покосился на нее. — Аллегро, будь готова, — позвал он. — Ты идешь одна. Я обязан доложить, что у нас агент вышел из строя. — Он прошел к радиопередатчику, чтобы сообщить начальству.
"
"У Аллегро в животе все перевернулось, когда она представила себе, как именно Домино готовилась к тому, что должно было произойти.
— Я запрещаю тебе это делать, слышишь, — произнесла Аллегро с нажимом, и, как могла, громко.
— Понятия не имею, о чем ты, — взгляд Домино прикован к абстрактной точке где-то над плечом Аллегро.
— Еще немного, и ты себя скомпрометируешь. Не выйти на задание без медицинских показаний к освобождению.
— Не твое дело, — ответила Домино, — У меня масса других причин.
Аллегро буквально чувствовала, как уходит время.
— Лука, они все равно узнают, ты же знаешь!
Решительное выражение на лице Домино не изменилось.
— А мне по фигу. Я не могу больше этим заниматься.
— Они найдут тебя, рано или поздно.
Домино откинула голову, упершись затылком в стену, и закрыла глаза, как будто это мгновенно прекращало любые обсуждения.
— Я сама знаю, что мне делать.
— До высадки тридцать секунд, — прокричал пилот, обернувшись к ним, его слова были едва различимы.
— Давай, — закричала Аллегро.
— Но меня ты с собой не утянешь. Я не намерена возвращаться к начальству с попытками доказать, что я не планировала вместе с тобой срывать миссию, я не намерена объяснять, что я знала, или не знала о твоих планах. Так или иначе, я получу красный корешок на своем деле, и можешь забыть о том, через сколько кругов ада они меня проведут с этим ППМ. — Аллегро вздрогнула при мысли о том, что ей снова придется пройти полный психологический мониторинг. — И ты… — Она расстегнула лямки парашютного комплекта и выкинула его в открытую грузовую дверь.
Ветер завертел его и унес вниз за считанные мгновения. — Обратно я попаду с черным корешком, а ты знаешь, что это значит.
Не был так называемый «черный корешок» никаким знаком дисциплинарного взыскания. Он значил «допрос и уничтожение».
— Тебе некуда деваться.
— Что ты делаешь?! — закричала Домино в ужасе.
Аллегро шагнула к двери. Воздушный поток там был такой силы, что ее едва не сбило с ног.
