И вдруг случается визит немирных ФБРовцев, предъявляющих ордер на их арест, и тут же — стремительно контрвторжение моих воительниц со стрельбой из парализаторов. Одновременно с этим звучит единственный выстрел из пистолета: пуля просвистела в сантиметре от головы Саманты Смит. Минуло еще одно мгновение — и вот уже все нападающие лежат недвижимо, причем на телах не видно ни капли крови. И тут вперед выступает командовавший операцией Змей и от моего имени приглашает семью Смитов укрыться в моих владениях, так сказать, до прояснения обстановки.
И, кстати, мне на заметку, службе безопасности пора обзаводиться собственным спецназом, чтобы не было нужды привлекать к подобным тонким делам армейские части или мою личную гвардию.
Эта операция и должна была обойтись без смертоубийства, потому что война у меня пока не со всем американским народом, и даже не с государством как таковым, а всего лишь с камарильей мистера Рейгана. Потом разберемся, кото и в чем был грешен за последние двести лет, а сейчас главное — сломать американские элиты, рвущиеся к мировому господству, при том, что за душой у них нет ничего, кроме ненасытной алчности и патологической лживости.
И с этой целью, пока такое еще возможно, мне следует использовать самую массовую антирейгановскую пропаганду, ведь дядя Рональд перешел ту черту, за которой против него этично использовать любое, даже самое неконвенциональное оружие. Я имею в виду профессионального расследователя Сеймура Херша, чье местонахождение локализовать было нетрудно.
Роль курьера, и в то же время верительной грамоты, сыграл Роберт Хайнлайн-старший, передав главному возмутителю американского болота мое личное послание. Он, в смысле старина Роберт из восемьдесят пятого года, уже вышел из первой, самой длительной, восстанавливающей ванны, и говорит, что ощущает себя так, будто помолодел как минимум на двадцать лет."
"И вот в моих апартаментах снова переговоры, только на этот раз отсутствуют советские представители (это дело только между мной и американским народом), а на месте Джорджа Шульца сидит куда более приятный Сеймур Херш.
Нельзя сказать, что, получив приглашение на эту встречу, мой гость не испытывал сомнений, но, как и всякий профессиональный журналист, он готов следовать за информацией, особенно если та может обернуться сенсацией. Тем более что старина Роберт заверил его в моей высочайшей порядочности и гуманности.
