— Тогда, — летчик решительно вскочил с пилотского кресла, — я отказываюсь!
— На место! — голос угонщика разом утратил ласковую интонацию. — Если ты посадишь самолет, будешь жить. А нет — его посадит этот бородач, а тебя я уже сейчас по частям начну выкидывать за борт. Все понял?
Салон винтокрылой машины погрузился в гробовую тишину. Лишь бродившие в недоумении куры выглядели довольными жизнью.
Пилот нехотя занял свое место.
— Кто верит в бога — молитесь, — послышалось из динамиков.
Не сказать, что это добавило оптимизма пассажирам, обуявший всех ужас заставил языки прилипнуть к нёбу.
«Видимо, какой-нибудь тайный аэродром, может, торговля наркотиками, оружием… — крутилось в голове разведчика. — Ничего другого в этих горах попросту нет. И, судя по карте, быть не может. На аэродроме, вероятно, ждут и тщательно готовят встречу. Иначе к чему городить весь этот огород с угоном самолета. Если так, его шансы не то что равны нулю, уж скорее они склоняются в сторону отрицательных величин. Смерть будет казаться самым желанным исходом.
Надо менять ситуацию, чем скорее, тем лучше».
— Джентльмены, — не отрывая головы от пола, начал Седой Ворон, — если у нас аварийная посадка, может, лучше сесть и пристегнуться?
Стюард, уже дошедший до кабины, оглянулся и смерил пленника неприязненным взглядом. По сути, тот был прав. Аварийная посадка, да еще и без шасси… Пойдет что не так, и «ценный трофей» просто будет размазан о заднюю стенку.
— Усади его, — нехотя скомандовал главарь. — И держись рядом.
Подручный вновь ткнул заложника под ребра.
— Вставай.
Тот повиновался.
— Все-все, я не делаю резких движений. Ваша взяла. — Он демонстративно поднял руки и медленно, чтобы не тревожить противника раньше времени, направился к креслу.
— Садись, — резко скомандовал провожатый. Судя по выговору, тот был далеко не англичанином."
"— Да-да, конечно. — Седой Ворон опустился на потертое сиденье и потянул на себя болтающийся ремень безопасности.
— Скорее! — прикрикнул угонщик.
— О'кей, уже готов.
При этих словах его левая рука метнулась к гортани террориста, и сжатые пальцы, точно острие копья, ударили в кадык. Таким незамысловатым тычком в монастыре он вгонял пятерню в забитый мелкой галькой чан.
— Да вы тоже присаживайтесь, — любезно порекомендовал резидент Ноллана, ловя обмякшее тело и устраивая его на месте Ирбиса.
Соседка через проход открыла было рот, чтобы взвизгнуть: из уголка губ террориста вытекала тонкая струйка крови.
