Кто тебя доводит? Не знаю. Третье. Ты до гробовой доски будешь мне платить. Четвертое. За что? За мое молчание. Пятое. О чем я никому рассказывать не должен? Да о твоих донорах. Думал, я не знаю? Ха! Шестое…
Константин, чье лицо обрело цвет свеклы, вскочил, кинулся на брата, они сцепились в драке. Мы с Борисом и Леонидом пытались их растащить. Нина Леонидовна истерически визжала, Полина уткнула голову в колени, обхватила затылок руками и молчала.
В конце концов нам удалось растащить братьев.
– Если гадишь, то лучше не ссорься с теми, кто все про твои делишки знает, – тяжело дыша, заявил Виктор.
Боря усадил безмолвного Константина в кресло, тот пару секунд оставался в одной позе, потом упал на подлокотники."
"– Хорош кривляться, – засмеялся Виктор, – ты меня пожалел? Нет! И я тебе стакан воды не подам. Чтоб ты сдох! Весь Интернет на ноги подниму, всем растреплю.
– Иван Павлович, – воскликнул Борис, который стоял около хозяина усадьбы, – он умер!
Телевикин приблизился к креслу, привычным жестом нащупал шейный пульс и нахмурился.
– Полина Николаевна, быстро вызывайте «Скорую». Хотя… Но все равно, кликните врачей.
– Телефон, телефон, – засуетилась жена, – алло, алло! Помогите! Мужу плохо.
Госпожа Амаретти отбежала к окну.
– Он и правда коньки отбросил? – поинтересовался Виктор.
– Сейчас приедут медики, – произнес Леонид, – я не имею права брать на себя ответственность объявлять…
– Да ладно, – отмахнулся Виктор. – Круть! Пусик!
Полина, которая только что завершила разговор по телефону, вздрогнула и обернулась.
– Кусик?
– Он тебя навсегда покинул, – почти весело сказал Виктор, – собирай барахло, скоро уедешь отсюда.
– Почему? – растерялась Полина.
– Потому что мы с мамой наследуем все! – гаркнул деверь.
Я опешил. Я не раз становился свидетелем грызни алчных родственников. Как правило, на запах тучного наследства слетается уйма людей, о которых ни вдова, ни дети покойного никогда не слышали. Из глухого подполья вылезают бывшие супруги, старые и ныне действующие любовницы, внебрачные отпрыски, кредиторы.
Чтобы откусить смачный кусок от пирога, они готовы на все, бегают по телешоу, раздают интервью желтой прессе, требуют эксгумации покойного для анализа ДНК. Любовью к ушедшему человеку в этом зоопарке и не пахнет. Но даже те, кто с пеной у рта, глядя в камеру, доказывает, что им положена некая сумма, не начинают мародерские действия до похорон. На Руси издавна с почтением относились к умершим.
