Когда Андрей стоял у машины и разговаривал с шофером, он каким-то шестым чувством ощутил на себе пристальный взгляд, а когда оглянулся, то увидел, что на противоположной стороне дороги стоит мотоцикл. Мотоциклист заметил, что он оглянулся, и, тут же сорвавшись с места, исчез в переулке на своем железном коне.
Андрей чувствовал, да что там чувствовал – он почти знал наверняка, что мотоциклист и эти убийства между собой связаны. Размышления Андрея прервал осторожный стук в дверь.
– Да, да, войдите, – откликнулся майор и увидел, как в дверь вошла девушка с испуганными глазами.
– Здравствуйте, я Наташа Селезнева, вы меня вызывали на сегодня.
– Да, проходите, Наташа, присаживайтесь, – улыбнулся ей Андрей ободряющей улыбкой. – Я следователь, веду дело об убийствах, которые произошли в семье Гориных. Меня зовут Андрей Владимирович. Да не смотрите вы на меня так испуганно, я не кусаюсь, – засмеялся он.
– Очень приятно, а я – Наташа Селезнева, – растерянно повторила девушка свои имя и фамилию.
– Я ничего вам не могу сказать, потому что ничего не знаю об этом взрыве, честное слово, – прижав руки к груди, очень быстро заговорила она. – Я тогда ушла уже домой, я всегда в восемь часов ухожу. Хозяйка как раз пришла, а я ушла. Я вообще ничего не видела!
– Не волнуйтесь так, Наташа. Успокойтесь и просто отвечайте на вопросы, которые я буду вам задавать. Договорились?
– Да, договорились, – кивнула девушка головой и снова посмотрела на майора глазами, в которых застыл дикий ужас.
Она мяла руками свою дамскую сумочку и то и дело облизывала сухие губы. Они дрожали так сильно, что Андрею невольно стало жаль девушку.
– Наташа, успокойтесь, очень вас прошу, – снова повторил он. – В том, что я вас вызвал сюда, нет ничего страшного. Произошло убийство, и я обязан опросить всех свидетелей.
– Но ведь я ничего не видела. Какой же я свидетель? – никак не хотела сдаваться девушка.
– Вы работали в доме, где это убийство и произошло. Поэтому я должен задать вам несколько вопросов, – терпеливо начал Андрей. – Мне трудно вам сейчас объяснить всю специфику нашей работы, но, поверьте, это необходимо. Ну так как? Вы готовы ответить на вопросы?
– Да, я готова, спрашивайте. Вы не обращайте на меня внимания, я по жизни ужасная трусиха. Я уже почти упокоилась, спрашивайте.
