– Почему до сих пор не спишь?
– Том, я хотела спросить, можно?
Тамара зевнула.
– Ну валяй, только быстро.
– Откуда ты такие мысли взяла? Неужели сама додумалась? Или в книжках прочитала?"
"– И в книжках тоже прочитала… ну ладно, раз уж у нас с тобой вышел сегодня такой разговор, я тебе тоже открою один секрет. Только обещай, что никому не скажешь.
Люба села на кровати, спустила ноги на пол и стала напряженно всматриваться в ту сторону, где стояла кровать сестры. В комнате было совсем темно, но девочке казалось, что если она будет смотреть в сторону Тамары, то обязательно поймет что-то очень важное.
– Да ты что, Тома?! Я никому, честное слово!
– У меня в Москве есть друг, очень умный, который меня всему этому научил.
– Ой, Тома, – Люба прижала ладони ко рту, словно пыталась удержать внутри себя какие-то слова, – у тебя мальчик есть, да? Ты с ним встречаешься? Тайком, да?
– Я же сказала: это друг. А никакой не мальчик.
– Он что, старый? – испугалась Люба.
Сколько раз она видела в кино истории про то, как молоденькие девушки влюблялись в мужчин старше себя, и эти мужчины всегда оказывались женатыми, и ничего хорошего из этих историй не получалось.
Неужели с Тамарой произошло то же самое? Какой ужас!
– Старый, – подтвердила Тамара ее самые худшие предположения, – даже старше Бабани, ему, наверное, лет семьдесят пять, а то и больше.
– И что, ты собираешься за него замуж? – дрожащим шепотом спросила Люба.
– Ой, дурища ты, дурища, – засмеялась Тамара, – у тебя одно на уме.
Его зовут Михал Михалыч, он работает в библиотеке, на выдаче, и мы с ним дружим. Я ему немножко помогаю по хозяйству, раз в неделю прихожу к нему домой убираться, а то он старенький уже совсем, плохо видит, и вообще… А он меня уму-разуму учит и хорошие книжки дает читать. Уловила? Только смотри, Любка, если проболтаешься – поссорюсь с тобой на всю жизнь.
– Чем хочешь поклянусь, – искренне пообещала Люба.
– Ладно, тогда давай спать.
* * *– Ну ты даешь! – восхитился Камень.
– Как у тебя терпения хватило весь разговор прослушать? С твоей-то непоседливостью…
– Да я понял, что тут каждое слово важно. Сначала я, конечно, хотел слинять, когда у них этот ночной девичник начался, ну что, думаю, эти две соплюшки интересного могут на ночь глядя сказать? И что-то засиделся, задумался, а потом прислушался – батюшки мои! Прям натурально семинар не то по психологии, не то по философии, не то еще по какой мудреной науке.
