Пригласить его домой Тамаре даже в голову не пришло, она очень хорошо представляла себе реакцию отца на длинные волосы ее нового знакомого и шелковый шейный платок.
На другой день Григорий уехал в Горький. Он звонил ей каждый день, а через две недели приехал снова, на два дня, и опять они гуляли по Москве, обедали в ресторане, ужинали где придется и разговаривали. На этот раз Тамара пришла к нему в гостиницу. Дежурная по этажу, увидев постояльца с гостьей, сделала было выразительное лицо, но, рассмотрев Тамарину одежду, приняла ее за иностранку и промолчала.
Тамара не сомневалась, что при выходе из гостиницы ее остановят люди в серых костюмах, но ничего не случилось.
– Странно, – рассмеялась она, когда они с Григорием отошли от гостиницы на пару кварталов, – я была уверена, что твоя дежурная по этажу сразу же стукнула, куда надо, что ее постоялец привел к себе иностранную гражданку, и меня ждала проверка документов. Оказывается, я ничего не понимаю в людях.
– Ты все понимаешь, – он мягко обнял ее за плечи, – просто я ей заплатил, чтобы она никому не звонила.
"
"– Ты?! Заплатил? – изумилась Тамара. – Когда? Мы же вместе пришли и вместе ушли, и ты никуда не отлучался. Когда же ты успел?
– Еще утром, – Григорий безмятежно улыбался.
– Утром? Значит, ты был уверен, что я к тебе приду сегодня?
– Тамара, мы ведь с тобой уже поняли, что думаем и чувствуем одинаково. Если сегодня утром я понял, что мы должны быть вместе, значит, ты должна была понять то же самое и тоже сегодня. Разве нет?
– Да, – ответила она счастливым голосом.
Он приезжал то раз в две недели, то раз в месяц, потом Тамара взяла отпуск и уехала к нему в Горький. Григорий встретил ее на вокзале, отвез к себе домой, а на другой день они занялись поисками будущего места работы для Тамары. Мастера из Москвы с такой репутацией и дипломами победителя всевозможных конкурсов готовы были взять в любое место, но Тамара искала не место, а руководителя, которому она могла бы доверять, такого, который хотя бы отчасти разделял ее мнение о парикмахере не как о человеке, выполняющем чисто гигиенические процедуры, а о мастере красоты и гармонии.
Почти в самом конце отпуска ей показалось, что она такого руководителя нашла – это был человек, которому поручили создать и открыть новый салон наподобие московской «Чародейки». Выделили помещение, сейчас в нем шел ремонт, а сам салон должен был открыться через несколько месяцев, как раз к 8 Марта 1978 года в качестве подарка «нашим милым горьковчанкам».
