За кустарником обнаружилась узкая заросшая тропинка, ведущая именно туда, куда мне было надо, и я помчался еще быстрее, а на вершине едва не угодил в объятия парня в матросской форме – тот со всех ног бежал мне навстречу.
За ним обнаружилась вереница из пяти его товарищей, и все неслись сломя голову. В тридцати ярдах я заметил еще одного: этот потерял оружие, и его форменная куртка промокла от свежей крови.
На всех лицах читалось выражение панического ужаса, и матросы драпали так, словно на пятки им наступали все демоны ада.
Я тут же понял, что смотрю на выживших в столкновении с Чабби Эндрюсом. Похоже, встреча с моим другом сказалась на их боевом духе самым негативным образом: они мчались во весь опор, стремясь укрыться в безопасном месте. Я подумал, что Чабби, как по волшебству, превратился в отменного стрелка, и мысленно извинился перед ним.
Поглощенные бегством от дьявола за спиной, матросы не сразу заметили меня, и этой секунды мне хватило, чтобы снять оружие с предохранителя и встать в стрелковую стойку – ноги врозь, колени согнуты.
Автомат забился у меня в руках, и я описал дулом короткую дугу на уровне матросских коленей. С такой скорострельностью, как у АК, надо метить в ноги и рассчитывать, что три-четыре пули попадут в корпус, когда человек начнет падать. К тому же у «калашникова» короткий ствол, и из-за отдачи его сильно задирает.
Отброшенные друг на друга безоболочечными пулями тяжелого калибра, матросы слиплись в кричащую массу, завалились на землю, а я, досчитав до четырех, снял палец со спускового крючка и, метнувшись с тропинки в густые заросли кустарника, исчез за зеленой стеной, вильнув в сторону.
Позади открыли огонь из автомата. Очередь прошила густую растительность, но стрелок не угадал с направлением: все пули легли далеко от меня, а я снова перешел на быструю рысь, прикидывая, что в результате моего внезапного нападения матросы потеряли пару-тройку убитыми и одного-двух ранеными.
Это окончательно подорвет их боевой дух – особенно после встречи с Чабби, – а когда они вернутся на патрульный катер, силы зла потратят немало времени на жаркие споры, прежде чем опять сунутся на остров.
Победа во втором раунде определенно осталась за нами, но Шерри Норт по-прежнему у них, а это серьезнейший козырь. Имея его на руках, Мэнни Резник и Сулейман Дада способны диктовать правила игры.
Непобедимый Чабби дожидался меня на камнях у вершины.
– Гарри, где тебя черти носили? – проворчал он. – Все утро здесь просидел.
