В заросшей низине уложили Анджело в неглубокую могилу, которую выкопали руками, и прикрыли его ветвями и листьями, которые я срезал разделочным ножом, а потом уже засыпали землей. Я не мог заставить себя бросить песок на незащищенное лицо Анджело, а листья создали хоть какое-то подобие савана.
Чабби стер ладонью слезы и поднялся на ноги.
– Они забрали Шерри, – негромко сказал я. – Увезли на патрульный катер.
– Она жива? – уточнил он.
– Думаю, да. Пока что жива.
– Что будешь делать, Гарри? – спросил он, но на этот вопрос ответили за меня.
Где-то далеко, возле нашего лагеря, раздался пронзительный свист. Мы тут же взобрались на холм, откуда открывался вид на бухту и внутреннюю часть острова.
«Мандрагора» стояла на прежнем месте, а зинбальский патрульный катер – в сотне ярдов от нее, ближе к берегу. Вельбот захватили вооруженные люди в форме. Высадившись на пляж, они немедленно скрылись в роще, а лодка устремилась к «Мандрагоре».
Я навел бинокль на яхту и увидел, что и там события не стоят на месте: Мэнни Резник в рубашке-поло и синих слаксах спустился в вельбот, а за ним последовала Лорна Пейдж в изумрудно-зеленом брючном костюме, солнечных очках и желтой косынке поверх светлой шевелюры.
Узнав обоих, я почувствовал, как в груди вскипает ненависть.
Затем произошло нечто странное: двое головорезов Мэнни вынесли на палубу багаж – тот самый, что грузили в «роллс» на Керзон-стрит, – и тоже спустили его в вельбот.
Облаченный в форму член команды «Мандрагоры» вышел на палубу, козырнул, и Мэнни оживленно помахал ему рукой – так, как машут на прощание.
Вельбот отошел от борта яхты и направился к патрульному катеру. Когда Мэнни, его подружка, багаж и телохранители оказались на палубе зинбальского флагмана, «Мандрагора» подняла якорь, развернулась к выходу из бухты и целеустремленно направилась к глубоководному проливу.
– Уходит, – пробормотал Чабби. – С чего бы?
– Да, уходит, – согласился я. – Отныне Мэнни Резник обойдется без нее.
Теперь у него новый союзник, и в собственной яхте нет надобности. Она, наверное, стоит тысячу фунтов в день – а Мэнни всегда был прижимистым парнем.
Я вновь направил бинокль на патрульный катер. Увидел, как вся делегация во главе с Мэнни входит в каюту, и добавил:
– Пожалуй, имеется еще одна причина.
– Что за причина, Гарри?"
"– Мэнни Резник и Сулейман Дада кое-что замышляют, и лишние свидетели им ни к чему.
– Угу, – хмыкнул Чабби, – понимаю, о чем ты.
