Воздух пропитывал ядреный запах навоза, отбросов, псины и невычищеного свинарника. Кудлатые грязные кабыздохи тявкали на меня едва ли не из-за каждого забора. У домов возились крестьяне – в большинстве молодые крепкие ребята в сермягах и деревянных башмаках, и девушки в холщовых платьях и платках, похожих на детские чепчики. Местный народ показался мне не блещущим красотой – мужчины были низкорослые и широкоплечие, с мрачными неприветливыми физиономиями, женщины мелкие и чернявые. Мое появление было встречено с молчаливым интересом, крестьяне и крестьянки таращились на меня, но заговаривать никто не решался.
Тогда я сам решил начать разговор.
- Добрый день, уважаемый, - сказал я коренастому мужику, чинившему плетень. – Это ведь Мартенек, не так ли?
- Мартенек-то Мартенек, - ответил мужик, даже не глянув на меня. – Чего надо-то?
- Что-то смотрю, у вас в полях никто не работает.
- А праздник сегодня, - заявил мужик. – День Землицы-Хранительницы. Нельзя на земле работать.
- Понятно. Я тут ищу одного человека, Жиля Кацбалгера.
- Пять соверенов.
Я с трудом поборол желание как следует врезать этому парню по загривку.
- Один соверен, - предложил я, взяв себя в руки.
- Ладно уж, - крестьянин взял у меня серебряную монету, попробовал на зуб и тут же затолкал ее за щеку. - Толстого Жиля ищешь? Это в корчму идти надыть.
- Понял. А кузнец у вас тут есть?
- А как жа. Кузнец есть.
- Где мне его найти?
- Один соверен.
- Поцелуй меня в зад, - ответил я и пошел искать корчму.
Глава 5 Трактирщик и кузнец
Глава пятая:
Ну и народ! Сплошные хакеры
Корчма располагалась примерно в четверти километра от деревни, у самой дороги – большой сруб с двускатной драночной крышей и просторным двором. Во дворе стояло несколько подвод, а у коновязи мирно жевали сено из яслей с десяток лошадей. В центре двора красовался колодец, но я не отважился напиться из него – ведро на веревке журавля больше напоминало помойную бадью.
Тут же играли детишки, грязные как шахтеры после смены. Игра заключалась в том, что детки по очереди швыряли камни в спящего у забора мертвецки пьяного мужика и хлопали в ладоши, когда мужик после удачного попадания начинал издавать разные малоприятные звуки.
Внутри корчмы было темно, чадно, а смесь запахов была такая, что меня чуть не стошнило. Мда, подумал я, не «Макдональдс» и даже не привокзальная закусочная.
