Присутствующие с нами в фойе — даже до лаборатории добраться не успели — господа ученые и мои спутники старательно делали вид, что не удивляются таким странным действиям царя.
— Как вы себя чувствуете, Андрей Акимович? — спросил я. — Стали болеть чаще обычного? Синяки на теле? Слабость, утомляемость?
— Здоров как бык, Ваше Величество! — молодецки гаркнул ученый.
Не хочет слабость показывать — это понятно и даже уважения заслуживает, но врать мне прямо в лицо…
— Не ври Царю, Андрюша, — нахмурился я на него.
Заслуженный работник отечественной науки моментально рухнул ценным лбом в выложенный мрамором пол:
— Не велите казнить, Ваше Величество! Болен — как есть болен! Волосы лезут, проклятые, — для наглядности он дернул себя за волосы и показал мне две полные горсти. — Синяки да ссадины не заживают. Помру скоро — чувствую. Лучи всё — больше грешить не на что! Сам себе экспонат научный, сам себе подопытный — работу пишу по симптомам своим, после себя хоть что-то оставлю, а молодых к материалам стараемся не допускать — мы-то что, мы уже пожили, а они еще и не начинали!
А я ведь предупреждал — работать с «фонящими» материалами непродолжительное время, при этом надевать респиратор, перчатки и халат — все одноразовое, а еще, по возможности, нужно защищаться свинцовым «экраном».
Что-то из этого, само собой, соблюдается, но ученые — люди увлекающиеся, а еще, работая над чем-то реально новым, не могут заставить себя поверить в то, что моя Канцелярия способна посоветовать что-то дельное, вот и забивают на технику безопасности.
— Кто еще в вашем НИИ волосы теряет? — спросил я.
— Да каждый второй! — с не очень-то научной точностью заявил Бублик.
— Ясно, — вздохнул я. — Встаньте, Андрей Акимович. Идемте, посмотрим, что тут у вас и как.
Рабочая поездка есть рабочая поездка, и ее регламент нужно соблюдать. Ну а сегодняшней же ночью к каждому работнику НИИ прибудет «зондер-команда», которая заставит подписать соглашение о неразглашении и тайно отвезет на окраины Москвы, в зловещий подвал, где специально обученные и очень сильно секретные врачи (которые о содержимом пакетов толком ничего не знают) перельют им немножко моей крови, которая вылечит носителей таких ценных для страны мозгов.
"
"— Господа, я очень надеюсь, что теперь, когда вы лично столкнулись с пагубным воздействием радиоактивных лучей на организм, вы не станете пренебрегать техникой безопасности, — выдал я коллективу на прощание ценный совет и покинул НИИ.
