На сколько они могут оказаться безграничны?
- Помнится, последний раз общение с твоими подружками нам обоим не пошло на пользу, - криво улыбаюсь я.
- Так давай не будем повторять прошлых ошибок. Тем более, она мне не бывшая. И будет просто свинством с моей стороны не принять её приглашение. Я же не бешусь от того, что ты общаешься со Славой.
Он получает не ответ, а мой убийственный взгляд, пиратский, с прищуром на один глаз.
- Ну ладно, ладно, бешусь, - примиряюще поднимает он руки. - Даже несмотря на то, что у него жена и ребёнок.
И даже несмотря на то, что знаю точно: у вас ничего не было, я тоже представляю его упругие ягодицы между твоими раздвинутыми ногами. Прости. Я знаю: у меня буйно помешанная фантазия, и меня, наверно, слишком сильно стукнули по голове. Но всё же я держусь, смирился, и не запрещаю вам видеться. И давай больше не поднимать эту тему.
- Давай лучше встанем где-нибудь в тихом местечке, - смотрю на него намекающе. - А то от твоих буйных фантазий что-то у меня такой зверский аппетит проснулся.
И машину как бы надо обновить. Как ты считаешь?
Какое счастье, что ему не нужно намекать дважды. И, честное слово, я не виновата. Это всё явно мои бушующие гормоны.
Нас принимает пустующая парковка у строящегося здания. И пока Алекс открывает дверь, выходит, осматривает, любуясь, машину, я уже перелезаю на заднее сиденье и, как в старые добрые времена, когда я ходила ради него только в платьицах и чулочках, снимаю трусики.
И даже вешаю их на зеркало заднего вида, чтобы не потерять, пока Алекс одновременно расстёгивает ширинку и, уже задрав платье, целует меня в попку.
- Какой шикарный вид! Милые холмики, уютная пещерка, - покусывает он то одну, то другую голую ягодицу. И, если бы мы ни были в машине, я так и осталась бы стоять, млея от его забавных, хоть и пошловатых словечек, которыми он сопровождает сие эротическое действо. Но в машине слишком мало для этого места. И когда он требовательно тянет меня к себе, я, конечно, не возражаю.
- Мой сладкий мишка, лезь на шишку, - оставляет он влажный след на шее, слегка покусывает мочку уха и потом впивается в губы и одновременно входит в меня так резко, что я задерживаю дыхание.
Как давно он не был так груб. Так настойчив, бесцеремонен, необуздан. Я даже теряюсь в сомнениях: агрессивный железный хищник, которого он только что приобрёл тому виной или он занимается сейчас сексом не со мной, а с той женщиной, что хотел, но она и правда была ему недоступна?
И он кончает буквально в три толчка.
