Свой сайт, небольшой складик. Эргономично.
- Ты хотел сказать экономично?
- Не важно, - отмахивается он. - Главное, доходно. Не бедствуем. Юлька, правда, всё равно на работу собирается, чтобы квалификацию не терять. Но там у них всё так сложно с этими аттестациями, категориями.
- Короче, ты не против, чтобы она росла профессионально, - подсказываю я.
- Да, - кивает Каланча, а потом откидывает назад светлые прямые пряди. - Вот мелкой год на днях исполнится - и выйдет. Но слушай, я к чему про Демьянова-то заговорил.
Она по своим источникам пробила. И там поделились, что с ним всё подозрительно, с тем пациентом. Охрана у палаты. Из персонала никого не пускают, только одну врачиху, подругу этой вашей Наденьки, да её людей.
- Боятся, что его уберут? - никак не идут на ум никакие правильные слова, кроме жаргонных.
- Как раз наоборот. Ощущение, что его умышленно в коме или на лекарствах держат, чтобы не очнулся.
- Но зачем? - хватаюсь я за ручку, когда он заходит в поворот.
- Это ты у своего Берга спроси, он наверняка больше меня понимает.
- Нет уж, это ты ему как раз сам и расскажи.
И после огромного супермаркета, куда мы заезжаем по пути, я открываю настежь входную дверь своей квартиры, чтобы пропустить в неё Каланчу с двумя неподъёмными пакетами в руках.
Алекс, что стоит, опираясь плечом на косяк, оказывается для нас полной неожиданностью. Для меня. Славка-то как раз и бровью не повёл. Поставил мешки, протянул руку, представился.
А меня эта грозовая туча в мягких домашних брюках и пуловере, которые всегда мне так нравились, смерила многообещающим взглядом.
Чую, месть его будет страшна. И у меня аж дыхание перехватило, когда рука его словно невзначай задержалась на моей ягодице, намекая, какое наказание меня ожидает.
- У Славы есть очень интересная информация о Демьянове, - закатываю я мимо него в комнату свой чемодан и тоже не остаюсь в долгу - скольжу рукой по его бедру, пока Славка разувается.
- Как он? - взгляд Берга с непроницаемого тут же сменяется на заинтересованный.
Он приглашает Славку в гостиную, но я настаиваю на кухне. В гостиной воняет из клетки, в спальне - расстеленная кровать. А в кухне я хоть немного да успела с утра прибраться. Буду слышать, о чём они говорят, пока разберу сумки. И буду следить за этим стоиком, которому легче умереть, чем выглядеть слабым, чтобы в обморок ненароком не грохнулся.
- Его привезли в госпиталь после второго приступа, но, говорят, палату приготовили заранее, - делится Каланча подробностями.
