Но не каждую неделю! И, – Аскани замялся, – что мечтать спать рядом с обнаженной любимой голым и плавать с ней в одной ванне в возрасте четырнадцати лет – это для дураков, а не драконов. А потом обругал меня ещё раз – я и слов-то половину не понял! – и долбанул клювом в лоб. Больно! Каркнул, что вылечиться не смогу – пусть само заживает, обозвал идиотом и улетел.
Я обалдело захлопала глазами. Ворон? Ой!
Аскани приложил к шишке ладонь лодочкой, прикрыл глаза… из-под ладони заструился зеленый свет. И внезапно заорал и подпрыгнул, отдергивая руку.
– Жжёт! Вот гад!
Предсказуемо, не прошло и трех секунд после вопля Аскани, как в дверь влетел Бредли в нижних портках и с мечом наголо. И тоже уставился на шишку на лбу Аса:
– Кто?!
– Герцог тер Дейл нанес ночной визит вежливости, – небрежно махнул белой кистью Аскани.
Выдал он это таким непринуждённо-великосветским тоном, что я уткнулась в подушку, чтобы не захохотать. Ага! По ночам герцоги ходят друг к другу в гости, чтобы надавать друг другу по лбу! Вот стану герцогиней и как пойду по гостям!.
.
– Шон тер Дейл? – изумленно переспросил появившийся в дверях ещё небритый Росс. Серые глаза изумленно расширились, когда директор узрел украшающий лоб Аскани фонарь. – Мм-м… Расскажешь, чем заслужил такую честь?
Я, отвернувшись, натянула одеяло чуть не по макушку, чувствуя, как пылают уши.
И было отчего…
Начался вчерашний вечер с того, что я решилась, наконец, поплавать в ванне, на которую до того лишь смотрела восхищенным взглядом. Гладкая, белоснежная, с широкими пологими бортиками.
И огромная! Длиннющая – целых четыре локтя по дну, в два локтя шириной, и такой глубины, что, когда сидишь в ней, воды по подбородок, а может, и выше. Покрутила золоченые краны – и из них полилась горячая вода. Потом стала разглядывать стеклянные флаконы причудливых форм с непонятным содержимым, нюхать разложенные куски мыла, угадывая по запаху добавленные в них травы. Рассмотрела и пощупала удивительную морскую губку, которой полагалось тереть тело… Когда ванна наполнилась наполовину, решилась – взяла флакон, запах которого понравился больше всего, и налила немного прямо под струю.
К моему изумлению, над водой тут же взбухла шапка душистой белоснежной пены. Взвизгнув от восторга, сбросила одежду и нырнула…"
"Вот как живут герцогини! Словами такого было не описать – гладкость дна и стенок, душистый пар и нежная пена, и сама я таяла от восторга, лишь время от времени начиная шевелить ногами, чтобы ощутить кожей ласку горячей воды.
