Тебе четырнадцать, и вообще не уверен, что ты в моем вкусе!
Я, засмеявшись, рывком выбросила руку и сделала то, о чём давно мечтала – отвесила ему по лбу щелбан. Шон засмеялся тоже.
– Пойдем, покажешь мне тот подсвечник, из-за которого столько шума. Только сапоги застегни, а то с лестницы гробанешься!
– Шон… – в голове мелькнула забавная мысль. – Потом проводишь меня до этажа? Хочу тебе кое-что показать… интересное!
Ага, рожу-грушу в полумраке. Интересно – подпрыгнет или нет?
Груша вдохновила Шона настолько, что он сам предложил позже, когда я поступлю в Красную башню, стать моим личным тренером по атакующей магии.
При этом он потирал руки и бормотал про какого-то лорда Гаррада, которому в третий раз нос утрёт.
Я зевала и кивала.
Потом встрепенулась. Ой, надо спросить, пока не забыла:
– Шон, книга, которая пропала…
– А-а? Серый гримуар? Не ищи его. Он находится сам или не находится вовсе. Артефакт того же плана, что и Черная башня. Ещё одно указание на то, что это было испытание…
– А зачем, вообще, оно было нужно? – зябко поёжилась я.
Сейчас, когда всё осталось позади, я поняла, насколько перенервничала, как устала за последние дни, до какой степени хочу спать – меня буквально колотила дрожь – то ли от холода, то ли от нервов и недосыпа.
– Пошли в твою комнату, присядем, расскажу, как сам всё понял…
Когда я укутала плечи в одеяло, устроившийся у стены Шон заговорил:
– Что такое дракон, представляешь? Практически бессмертное существо, наделенное мощью и магией, да? Быть драконом означает иметь силу и власть.
Но всякому ли их можно доверить, как думаешь? Достаточно ли самого факта наличия четверти или больше древней крови в жилах?
Наверное, нет. Вот магия – сила. Но к каким бедам могут привести злоупотребления и размытые моральные принципы, я уже поняла. Смерть Ани с ребенком, гнилое сукно в Рианге – наверняка это только вершки. А с драконами всё намного серьёзнее.
– Верно мыслишь. И вынужденное воздержание тогда, когда остальные юноши и девушки уже гуляют парами, – это первое испытание.
Посмотри на своего кузена – ему не легко, но он терпит. А тот, кто не может держать себя в руках, контролировать порывы, отказаться от сиюминутных удовольствий, тот не достоин получить силу и крылья. Понимаешь? И ведь продержаться надо всего три-четыре года, сущая малость по сравнению с нашим сроком жизни… и всё равно многие срываются, не справляются со своими желаниями.
Повернул голову ко мне:
– А теперь давай посмотрим на тебя.
