Но, выходит, у Шона уже есть какая-то «она», мнение которой для него важно.
А ещё он как-то обмолвился, что заклинание Тин, лишающее на время мужской силы, может помочь ещё кому-то из драконят. Получается, что он приглядывает не только за мной и Асом, но и за другими недолетками драконьей крови. Значит, если я хочу продолжать учиться у него, мне надо стать лучше, способнее, трудолюбивее, сообразительнее остальных. Я уже поняла, что больше всего Шон ценит то, что он определяет словом «интересно».
– Мири! – Тин обняла меня крепче. – Пока эта твоя симпатия не во вред – ты лучше учишься и себя бережешь. Но не отдавай своего сердца тому, кому оно без надобности. Думается мне, что если ты слишком привяжешься к этому чернявому в балахоне, счастья тебе не видать.
– Тин, а что такое счастье? Я пока знаю только, что замуж не хочу. Ни за кого. А Шон как раз жениться не хочет. А вот Аскани – хочет. И это меня пугает.
– Ну, ты спросила… – задумалась сестра. – Счастье – это возможность делать то, что тебе нравится, и не чувствовать себя виноватой или обязанной.
А если кладешь на плечи долг, так потому, что сам решил, что это – правильно. А не потому, что кто-то другой его на тебя захотел повесить, – улыбнулась. – Ну ладно. Гримуар почитать хочешь?
А то! Такое я завсегда хочу!
Я уже с грехом пополам научилась разбирать закорючки и кракозямблы с собачьими лапами и свиными хвостами в семейной книге. Странные тут были заклинания. Некоторые – просто полезные.
Например, как поднять угол избы, избавить бревна от гнили, очистить колодец, толстую косу на лысой голове вырастить. Или как высветить безопасный путь для прохода по болоту. А некоторые казались непонятными. Например, что делает заговор, выворачивающий следы? Как и куда он их выворачивает? Надо как-нибудь попробовать.
На ночь глядя померила ведрами резерв. Четырнадцать! На три больше, чем вчера, и на два, чем сейчас у Аскани! Вот так подарок сделал мне Шон! Пусть в руках его не унесешь и на себя не наденешь, ценнее для меня не было.
Свернувшись под одеялом, прижала к груди вторую подушку. И стала вспоминать, как смотрела на лицо мага. Близко-близко, рядом-рядом, глаза в глаза. Кривоватый нос, чуть оттопыренная нижняя губа, веснушки, карие глазищи. Вздохнула – куда-то я не туда. Наверное, лучше мне его больше не видеть.
Интересно, а Шон хоть чуть-чуть обо мне думает?
Глупый вопрос.
