И, неожиданно, в последний момент обернулся и улыбнулся от уха до уха:
«Да, на свой день рождения загадай желание – я забегу, исполню. Пока!»
И исчез.
А я пошла на ужин. Надеюсь, торт ему понравился на самом деле.
Весь вечер я держала ментальный щит и снова и снова прокручивала в голове сцену, как Шон, заметив горгулью, кинулся меня защищать. Ну, понятно, что он так же прикрыл бы и Аса… но всё равно было приятно. Слегка в чувство меня привела Бри, которая, когда мы переодевались на ночь, лукаво на меня уставилась и поинтересовалась:
– Ты вся светишься и улыбаешься по-дурацки.
Всё-таки влюбилась в Аскани?
Я привычно отмахнулась от вопроса, но улыбка с лица слиняла. Ведь со стороны виднее… Выходит, Шон мне не просто симпатичен? Неужели Ас накаркал, и я взаправду увлеклась магом?
Влезла в кровать, натянула одеяло по макушку и задумалась, что же происходит? Потом решила, что смысла в моих размышлениях нет никакого – в любом случае, Шону до меня дела, как собаке до блохи на чужом хвосте, а мне самой по-прежнему нет четырнадцати.
Так что влюбиться я могу хоть во Владыку эльфов Алсинейля – никакого практического значения это иметь не будет. Чем предмет интереса недоступнее, тем оно сейчас для меня лучше.
Только вот как быть с самим Асом?
Второй пирог мы разъели следующим вечером, в комнате Тин, после того, как закончили заниматься правом. Росс и Аскани сидели в креслах, пока мы с сестрой накрывали на стол – убрали учебники, застелили столешницу белоснежной накрахмаленной скатертью из сундука Тин, расставили посуду.
Я не поняла, откуда сестра взяла настоящий сервиз – красивые белоснежные чашки с голубой росписью и золотым ободком по краю, большое овальное блюдо, куда мы переложили торт, и такие же фарфоровые чайник и сахарницу. Тин подмигнула:
– Ну, мне же тут три года жить. Вот, решила немножко обустроиться.
Правда, ложки были не серебряными, а столовскими, железными. Зато заварку Тин составляла сама, из лично собранных трав и ягод. Красноватый, чуть кисленький от плодов шиповника настой был чудо как хорош.
И торт оказался таким, как я помнила – полосатый на срезе, он просто таял во рту. Спохватилась, только когда оказалось, что половину мы уже умяли, и, пока не поздно, выпросила кусок для Бри.
Сначала разговор тек вяло – мужчины только хвалили Тин, меня и торт. Но потом сестра поинтересовалась у лорда Йарби, как вышло, что тот стал директором «Нарвала», и попросила рассказать о местах, где Росс бывал раньше.
